Смекни!
smekni.com

Религия и культура (стр. 2 из 3)

Анализ большого числа мифов “прими­тивных” культур показал, что они отвечают всем требованиям логического понятийного мышления, а это означает, что на уровне историко-культурного типа (но не на уровне индивида) первобытной культурой уже достигается тот тип рациональности, который присущ понятийной мысли вообще.

Миф — это чувственное представление о мире, когда человек не противопоставляет себя природе. В нём всегда присутствует обобщающее начало. Мифы объясняют появление различных природных и культурных особенностей, повествуют о происхождении космоса и человека, рассказывают о звёздах и планетах, о чудесных существах — родоначальниках племени, о фантастическом сверхъестественном родстве между определёнными группами людей (родом, племенем) и тотемом, воспевают подвиги героев, предупреждали о конце мира и катастрофах. Мифы отражают самые различные стихии, свойственные природе, космосу, человеку. В них живут и действуют боги, одержимые человеческими страстями, обладающие теми же пороками и добродетелями. Мифы слагались в ту историческую эпоху, когда звери представлялись равными богам, боги — людям, а люди — зверям. В те далёкие времена человек не отделял себя ещё от природы и не проводил чёткого различия между разными сферами своей деятельности. Мифология того периода включала всю культуру первобытного человека. Лишь позднее из неё выделились религия, наука, искусство. В муках познания и преобразования природы люди сами создавали себе богов, одновременно полагаясь на их защиту, поддержку и всевидение. Мифологическое познание — это познание эзотерическое, или, иным словом, — тайное. Оно передавалось через ритуальные посвящения особо подготовленным лицам и само по себе, как полагается, обладало некой сверхъестественной силой. Мифология и за пределами первобытного строя на протяжении всей истории человечества была и по сей день остаётся существенным аспектом культуры.

3. Гносеологические (познавательные) основания перехода от политеизма к монотеизму.

По мере постижения человеком природы, овладения всё новыми законами бытия развивалась его способность к абстрагированию, обобщению, анализу. Мир становился для него всё более объёмным в своих пространственно-временных границах, создавались всё более достоверные модели микро- и макро-космоса. Тысячелетиями слагаемая мифологическая история оттеснялась конкретной историей событий, времён, фактов более поздних эпох. Сила человеческого интеллекта воплощалась в сложных технических конструкциях, постижении законов природы, логико-дедуктивных методах доказательства.

Развиваемые в недрах религиозного миропонимания научные идеи и принципы не могли не оказать влияния и на собственно теологические рассуждения и выводы. Стала использоваться идея доказательства, сформировался символический язык религиозной атрибутики, сложились разные теософские школы. Основные мировые религии — буддизм, христианство, ислам — содержат собственные теологические обоснования, этические принципы, уходящую своими корнями в глубь веков фактологическую основу. Пришедший на смену политеизму (многобожие) монотеизм (единобожие) таких, в частности, религий, как христианство, ислам, иудаизм, своеобразно предупредил развитие научного знания. Последнее в своём становлении движется от многообразия эмпирически выявленных зависимостей к их единой сущностной основе. Единый Бог мыслится как первооснова Мира, его первопричина и общий принцип развития.

Слово “религия” произошло от латинского глагола religare — “связывать”. На заложенную в этом термине смысловую противоречивость обратил внимание А.Мень. Если вдуматься в это слово, отмечает он, то обнаруживается два его прямо противоположных смысла: связывать, соединяя дух человека и Бога, но и связывать путами по рукам и ногам. Дилемма полноты бытия и рабского сознания пронизывает всё религиозное исповедание.[7]

4. Религия в европейской культуре: христианская модель мира и проблема соотношения веры и разума.

Мы знаем, что периодически в истории под прессом неопровержимых доказательств в трагедиях и муках человеческих судеб реконструировались теистические модели Мира. Хорошо известно, что крупнейшие создатели космологических концепций неосознанно или целенаправленно использовали в своих работах мифологические и религиозные обоснования.

“В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог”, — основополагающий постулат Откровения или традиционной христианской модели мира и познания, утвердившейся в европейской культуре. Авторитет Откровения закреплял господствующее положение человека в природе как посланника Бога-творца, предписавшего ей свои законы. Как отмечает Ю.В.Чайковский, пришедшее со схоластической, созданной в период средних веков, моделью в науку понятие закона природы первоначально понималось как предписание правителя своим подданным, то есть как своего рода юридический закон. “Как замена непосредственных конкретных распоряжений вождя на общий для всех закон знаменовала рождение государства, так и рождение науки было ознаменовано осознание наличия закона природы, общего для всех явлений для данного класса”[8].

Позднее осознание автономности функционирования законов природы от воли божественного провидения привело основоположника механистического понимания мира Исаака Ньютона к мысли об отделении науки от натурфилософии. Познание природы, по его мнению, должно осуществляться на научной основе. Бог создавал мир подобно тому, как часовой мастер создаёт часы. Заметим, что идейный предшественник Ньютона Р.Декарт тоже описывал мир как взаимодействие сцепленных одна с другой, словно детали одного механизма, частиц. Разрабатывая научные принципы космогонии, Ньютон в то же время полагал необходимым вмешательство Бога в ход движения небесных светил в целях его периодической корректировки. Как и часы, Вселенная порой нуждается в исправлении, а это способен осуществить только её творец, рассуждал учёный. В преклонном возрасте Ньютон окончательно расстался с научной деятельностью и занимался проблемами богословия.

В XVIII веке противоречия между знанием и верой, рассудком и чувствами были разрешены не в пользу религии. Вера в разум стала высшим аргументом в борьбе против всяких религиозных суеверий, предрассудков, чудес. Д.Дидро говорил о том, что одно доказательство убеждает его больше, чем полсотни подобных один другому случаев. Неограниченное доверие он питает лишь к собственному разуму. П.Гольбах обвинял религию в том, что она понуждает людей пресмыкаться перед сильными мира сего, мешает им взять судьбу в свои руки. “Проблема в тот период ставилась радикально: нужно выбирать между свободой и оковами, наукой и верой.”[9]

Ещё большую самостоятельность научным изысканиям принёс XIX век. Дальнейшее развитие в это время получили формально-логические методы доказательстваи обоснования точных наук, особенно — логики и математики. Убеждение в том, что математик сам творит свои факты, сопровождалось построением различных аксиоматических систем математических теорий, созданием строго формализованного языка математического доказательства. Бог создал натуральный ряд, остальное — дело рук человеческих, писал в ту пору Л.Кронекер.

Веком торжества разума и справедливости революционными идеологами был назван век ХХ. Общеизвестно, что в России церковь после революции была не только отделена от государства, но и подвергнута репрессиям и разрушениям. Заданное общим политическим курсом направление развития получили в нашей стране философия и наука. Наука не без помощи философии интенсивно “очищалась” от гносеологических корней идеализма. Вследствие развития логико-математических оснований познавательный процесс обретал, казалось, собственный путь развития, обусловленный неограниченными возможностями формализации знания.

Величайшим и зримым достижением научного развития стали в ХХ веке фундаментальные изменения в техногенной структуре общества. Провозглашённая идея покорения природы имела для своего обоснования солидный запас теоретических знаний и практического опыта человечества. Чуждая веку технической цивилизации идея Бога была отброшена на периферию общественного сознания как отражение рабской зависимости человека от природы, пустоцвет на благоухающем могучем дереве познания. Как обобщение предыдущих познавательных моделей и одновременно их преодоление появилась новая — системная. Мир в ней представляется в виде совокупности взаимодействующих элементов, составляющих единый организм. Важнейшими понятиями этой модели стали целеполагание и оптимизация.

Дилемма знания и веры, науки и религии вновь утратила в наши дни свою однозначную очевидность. И вновь, как это не раз бывало на изломах истории, в переплётах судеб, человек стремится обрести свой путь к Истине. Но похоже, что на этом пути вопросов у нас значительно больше, чем ответов.

Кризис природы, общества, личности, перед лицом которого мы оказались, несмотря на многочисленные предупреждения наиболее глубоко мыслящих представителей человечества, поставил под сомнение ряд пропагандируемых в нашем столетии ценностей как внутри самой науки, так и в иных воздействующих на ней сферах общественного сознания. Как выяснилось, сама по себе наука ещё не является панацеей от всех бед, а её рекомендации нуждаются в дополнительной этической и эстетической корректировке. Утрата природного чувства гармонии по отношению к миру и к самому себе грозит человечеству неминуемой катастрофой. Созданная и долгое время обожествляемая им техногенная цивилизация фетишизирует искусственную среду обитания, а к естественной обращается лишь затем, чтобы нарастить свою собственную мощь и силу. Результаты всего этого видны сегодня,как говорится, “невооружённым глазом”.