Смекни!
smekni.com

Артур Сесил Пигу (стр. 2 из 3)

В этом вполне определенно проявился буржуазный реформизм Пигу, его благие пожелания увеличить социальную справедливость.

Пигу специально рассматривает различные варианты распределения национального дивиденда между имущими и неимущими, стремясь обосновать тезис, что росту экономического и общего благосостояния способствует более равномерное распределение дохода.

По мнению Пигу, любой доход подвержен действию убывающей предельной полезности. С ростом денежного дохода полезность дополнительных денежных единиц для владельца падает, а границы его спроса, определяемые величиной желаний, расширяются, причем он готов платить за благо во все большем соответствии интенсивностью желания а не с ограниченностью денег. Из этой ложной посылки делался либеральный вывод о том, будто перераспределение дохода в пользу бедных может увеличить общее благосостояние, т.к. удовлетворение бедных увеличится больше, чем уменьшится удовлетворение богатых. Эта идея о применении концепции убывающей предельной полезности при анализе совокупного дохода была подвергнута буржуазными экономистами критике. Но Пигу отнюдь не односторонен в вопросе о перераспределении дохода и сопровождает его множеством оговорок.

По его утверждению, автоматизм ценообразования может обеспечивать выигрыш неимущих и проигрыш состоятельных даже в том случае, когда величина покупательной способности тех и других остается неизменной. Это происходит при техническом усовершенствовании производства благ, потребляемых неимущими, и ухудшении производства благ, потребляемых богатыми.

По мнению Пигу, предельная полезность блага зависит не только от степени интенсивности желания, но и от количества наличных благ, то достаточно технических нововведений и увеличения этого количества, чтобы насытить спрос при понижении цены. В таком случае вопрос о собственности на средства производства, источники стоимости, условиях распределения вновь созданной стоимости между наемными рабочими и капиталистами якобы теряет смысл, а отношения эксплуатации подменяются идиллической картиной удовлетворения потребности всех людей по мере роста общественного благосостояния. Но в том-то и дело, что марксизм доказал неизбежность сохранения (и даже роста) эксплуатации наемного труда капиталом при господстве капиталистических отношений собственности независимо от того, уменьшается или растет масса потребительных стоимостей, и от того, как индивид или группа лиц оценивает полезность тех или иных благ.

Сложные рассуждения Пигу об изменении в экономическом благосостоянии, его филигранная экономическая казуистика нисколько не делают неоклассическую теорию спроса более научной и тем более не только не опровергают марксизм, а напротив, свидетельствуют о несокрушимости его научных основ.

Пигу поднимает вопрос об источнике вознаграждения неимущих. Он верен вульгарной политической экономии в трактовке последнего тезиса. Главный доход неимущих - их заработная плата - изображается им как плата за труд. Он рассматривает труд не как затрату мускульной энергии, а как ощущение тягостности. Для компенсации неудовлетворенности работников при расширении объема прилагаемого труда (будто бы оно не возникает при прогрессивных методах работы) он предлагает определенное вмешательство, направленное прежде всего на то, чтобы не допустить ошибочного понимания рабочими своих интересов.

По мнению Пигу, функцией производства является получение продукта или дохода. Этот продукт (доход) выводится как результат действия в течение определенного времени факторов производства - капитала, земли, предпринимательства и труда. Каждому из этих факторов соответственно “вменяется” определенная часть продукта или дохода. Согласно принципу предельной производительности, общий прирост продукта представляется как сумма предельных продуктов, создаваемых последними единицами факторов производства. Понятие предельного продукта непосредственно вытекает из закона убывающей производительности факторов производства, согласно которому каждая добавочная единица труда, капитала и т. д. обладает меньшей производительностью, чем предыдущая. Абстрактный характер этой теории отмечается многими экономистами, ибо нельзя определить, когда наступает этот предел. Закон убывающей производительности факторов производства полностью игнорирует технический прогресс, рост производительности общественного труда.

Фактически толкуя издержки производства как “реальные” издержки, они имели в виду психологические ощущения - жертвы, которые приносят рабочие в силу “тягостности”труда, и жертвы капиталистов в виде их “воздержания” от удовольствия потребить капитал в настоящем. Следовательно, предложение факторов производства увязывается с преодолением этих психологических “тягостей”. Далее идет рассмотрение издержек в их денежной форме, в которой эти издержки выступают на поверхности экономической действительности. Издержки производства представляются как цены, которые предприниматель уплачивает за определенные порции труда и капитала.

Капитал Пигу трактует не как воплощение труда, а вульгарно, как результат “воздержания” владельца, когда “мера воздержания или степень риска или то и другое вместе повышаются”. Пигу утверждает, что закон убывающей доходности индивидуальных факторов производства коренным образом отличается от закона убывающей доходности ресурсов и справедлив не только при некоторых условиях, но всегда. Подобный “закон” убывающей производительности и доходности добавочных единиц факторов производства допускает возможность бесконечного варьирования факторов производства при неизменности технического базиса. Это предполагает возможность вложить в один участок земли неограниченный капитал или поставить у одной машины какое угодно число рабочих, что само по себе нелепо, ибо каждый уровень технической оснащенности производства предполагает строгую пропорцию применяемых факторов. Отвергнув наличие объективной основы цены товара - стоимости, неоклассики попали в мифический мир.

Ведь если цена товара определяется издержками его производства, то необходимо в свою очередь выяснить, как измерить эти издержки. Ответа на такой вопрос неоклассики дать не в состоянии. Подразумевая под издержками затраты предпринимателя на покупку машин, оплату рабочей силы, аренду земли и т. п., они попросту предполагают, что все эти товары, необходимые для организации производства, уже имеются на рынке, а значит, уже обладают определенной ценой.

Пигу рассматривал различные случаи, когда цена предложения регулирует объем производства. Вообще неоклассики смешивали производство отдельных предприятий или отраслей с общественным производством. Такое смешение заметно в “Экономической теории благосостояния”. Пигу пытается решить вопрос о соотношении индивидуальных и общественных экономических интересов. По мнению Пигу, совокупный чистый продукт создается благодаря предельному приращению ресурсов в любой сфере (если принимать в расчет частные и общественные выгоды, а также общественные издержки). Здесь полностью используется идея внутренней и внешней экономии.

Пигу построил общую теорию благосостояния, согласно которой лишь выравнивание общественных и частных предельных чистых продуктов обеспечивает достижение максимума производства. Но несостоятельность этой задачи была предопределена использованием принципов вульгарной теории, согласно которой производительность дополнительных единиц ресурсов уменьшается.

Пигу утверждает, что выгода, обусловленная экономией, которая делает возможной возрастание доходности достается не производителю, а покупателю благодаря снижению цен

Трактовка труда как фактора производства с позиции уменьшающейся производительности добавочных единиц оставляет ему широкие возможности сочетания пустых либеральных пожеланий с защитой интересов предпринимателей в вопросах заработной платы. Из эмпирического материала о взаимоотношении предпринимателей и рабочих, можно сделать вывод о подлинной классовой позиции Пигу.

Уменьшение дохода каждого рабочего при расширении предложения труда Пигу объявляет в конечном счете малозначимым фактором с точки зрения общего уровня благосостояния. Иначе говоря, за либеральными по форме рассуждениями Пигу скрывается их буржуазная суть, в соответствии с которой даже снижение заработной платы при росте предложения труда обеспечивает рост капиталистического богатства.

Монополистическая конкуренция и государственное вмешательство в экономику

Идеальным условием достижения максимума экономического благосостояния Пигу продолжал считать совпадение частного и общественного предельных чистых продуктов. По мнению Пигу, союзы капиталистов и монополия могут затормозить рост общественного чистого продукта, увеличить разрыв между предельным частным и предельным общественным чистым продуктом. Отрасли с понижающейся ценой предложения подвержены тенденции к монополизации, так как в них предельные издержки могут оказаться ниже средних. Возможность монополизации он связывал прежде всего с отраслями, которые в силу развившейся специализации производят фирменные товары высшего качества в расчете на маленькие рынки.

Далее он допускает, что в связи с производством продукции, характеризующейся неэластичным спросом возникают особенные монополии.

Трактуя монополии с позиций рынка, он вводит такое понятие как “монополистическая конкуренция”, которая “возникает в тех условиях, когда один из двух и более продавцов обеспечивает товарами значительную часть рынка, на который они поставляют свою продукцию” (т. 1, с. 335).