Мир Знаний

Личность Петра I (стр. 3 из 3)

Когда Петру I напоминали об этой бессмысленной жестокости в отношении людей, вина которых вряд ли могла быть доказана судебным порядком, он заявлял:"С другими европейскими народами можно достигать цели человеколюбивыми способами, а с русскими не так: если бы я не употреблял строгости, то бы давно уже не владел русским государством и никогда бы не сделал бы его таковым, каково оно теперь. Я имею дело не с людьми, а с животными, которых хочу переделать в людей". Грубость выражений, свойственная Петру, всегда связывалась с недостатками его воспитания. Но это ничего не объясняет. Властитель по династическому праву, Петр искренне считал себя ниспосланным России Божественным провидением, истиной в последней инстанции, не способным на ошибки. Меряя Россию на свой аршин, он чувствовал, что начинать преобразования необходимо с ломки старозаветных обычаев. Поэтому по возвращении из европейского вояжа Петр I категорически запретил боярам носить бороды, дворянам повелел пить водку и кофе, а солдатам приказал по "Воинскому Артикулу" курить. Не злой по натуре, он был порывист, впечатлителен и недоверчив; не умея терпеливо объяснить того, что для него было очевидным, Петр в случае непонимания легко впадал в состояние крайнего гнева и часто "вколачивал" истину сенаторам и генералам своими огромными кулаками или посохом. Правда, царь был очень отходчив, и через несколько минут уже хохотал над удачной шуткой провинившегося.

Петр был безразличен к нарядам и не любил официальных приемов, на которых должен был носить горностаевую мантию и символы царской власти. Его стихией были ассамблеи, где обращались запросто без титулов и званий, пили водку из банных ушатов, зачерпывая глиняными кружками, курили, играли в шахматы и танцевали. Даже собственных выездных экипажей в каретной царя не было: если требовалось организовать торжественный выезд августейшей четы, он заимствовал коляску у известных придворных щеголей - Меншикова или Ягужинского.

Петру до конца дней приходилось заниматься самообразованием, потому что новые задачи требовали от него вновь и вновь искать учителей вне России. После поражения под Нарвой, когда русская армия лишилась всей артиллерии, Петр не потерял пристутствия духа и сказал Меншикову:"Вот Карл XII - достойный учитель; без него я остался бы плохим работником в делах ратных". Была отлита специальная памятная медаль в честь "Нарвской конфузии" с девизом "Учителю - от достойного ученика".

Царь собирался вручить ее шведскому королю тогда, когда одержит над ним победу. После Полтавского сражения, хотя Карлу и Мазепе удалось бежать в Турцию, он устроил пир и поднял тост в честь "учителей шведов", на что генерал Реншильд буркнул:"Хорошо же отблагодарили вы своих учителей!" Зато чтобы опозорить изменника Мазепу Петр прибегнул к поистине языческому ритуалу. Перед собранием казачьих старшин "над персоною (чучелом - Ред.) бывшего гетмана Мазепы следующим образом уничтожение учинено,- писал вице-канцлер Гаврила Головкин.- Вначале его диплом от его царского величества изодран; от его светлости князя Меншикова и от меня, кавалеров ордена Святого Андрея, с персоны сей орден снят. Герб его от ката ( Карла XII - Ред.) изодран и истоптан, его сабля...переломлена,...и напоследи помянутая его персона на виселицу повешена". Только Петр мог так унизить своих противников, чеканя в честь шведского короля медаль, чтобы произвести впечатление в европейских столицах, и вешая чучело запорожского князька Мазепы для назидания суеверным русским.

Дипломатом Петр I был выдающимся. В его арсенале средств были все классические приемы, которые Петр легко в нужный момент забывал и перевоплощался в загадочного восточного царя, неожиданно начинавшего целовать в лоб ошеломленного собеседника, сыпать народными присловьями, ставившими в тупик переводчиков, или внезапно прекратить аудиенцию, как персидский шах, сославшись на то, что его ожидает жена! Внешне искренний и доброжелательный, Петр, по мнению европейских дипломатов, никогда не открывал своих истинных намерений и поэтому неизменно добивался желаемого.

Петр никогда не преувеличивал своих полководческих способностей, после Нарвы предпочитая командовать лишь своим Преображенским полком, а армию доверяя профессиональным полководцам. Он, в совершенстве зная основы кораблевождения, не брался командовать всей эскадрой, поручая это Апракину, Голицыну и даже Меншикову. Страха в бою он никогда не показывал. Когда адмирал Крюйс во время похода на Гельсингфорс в 1713 году упрашивал Петра I сойти на берег ввиду опасности встретить там шведский флот, царь с улыбкой ответил:"Бояться пульки - не идти в солдаты" и остался на флагманском корабле. На упрек Меншикова, что царь не бережет себя, лично спасая тонущих в ледяной воде во время наводнения в Петербурге, он сказал, что "за мое Отечество и людей жизни своей не жалел и не жалею".

3. Заключение.

По масштабу интересов и умению видеть главное в проблеме Петру I трудно найти равного в российской истории. Сотканный из противоречий, император был под стать своей огромной державе, которую он словно гигантский корабль выводил из тихой гавани в мировой океан, расталкивая тину и пни и обрубая наросты на борту.

ЛИТЕРАТУРА

1. История СССР с древнейших времён до конца XVIII века. Под ред. Б.А.Рыбакова. М., Изд-во “Высшая школа”, 1975.

2. Соловьёв С.М. “Чтения и рассказы по истории России”, М., Изд-во “Правда”, 1989.

3. Ключевский В.О. “Исторические портреты”, М., Изд-во “Правда”, 1991.

4. Сыров С.Н. “Страницы истории”, М., Изд-во “Русский язык”, 1983.

5. Павленко Н.И. “Пётр I и его время”, М., Изд-во “Просвещение”, 1989.