Смекни!
smekni.com

Казахские люди: история и современность (стр. 2 из 7)

Творческое наследие Абая включает в себя также музыкальные произведения, Имя Абая для многих людей на всех континентах стоит вровень с именами Шекспира, Гете, Пушкина и Мольера. Созданные им произведения не потеряли своей актуальности и в наши дни. ЮНЕСКО 1995г.- год Абая.

2006 год - год Абая в России

Музыкально-общественный деятель Ахмет Жубанов

1906-1968

Жубанов Ахмет Куанович композитор, музыковед, педагог, дирижер, музыкально-общественный деятель. Жубанов учился в Ленинградском музыкальном техникуме им. М.И.Глинки (по классу скрипки А.А.Этигона) и в консерватории им. Н.А.Римского-Корсакова (по классу гобоя проф. Ф.А.Нимана, Жубанов был аспирантом Ленинградской академии искусствоведения.

Жубанов составил на казахском языке первый "музыкальный букварь", организовал музыкальный кабинет и экспериментальную мастерскую по усовершенствованию казахских народных инструментов. В 1934 г. Жубановым был создан ансамбль домбристов, на основе которого возник Казахский государственный оркестр народных инструментов им. Курмангазы. Жубанов являлся художественным руководителем, дирижером оркестра Казахской филармонии (1935-1945), он является исследователем казахской народной и современной музыки, театрального и исполнительского искусства. Им написаны научные труды о жизни и творчестве народных певцов, кюйши, композиторов: "Курмангазы" (1936), "Жизнь и творчество казахских народных композиторов" (1942), "Соловьи столетий" (1963). Он является автором опер "Абай" (1944), песен и хоров "Родина", "Наш город", он народный артист КазССР (1944), В Алматы память о Жубанове увековечена названием улицы. Его имя носит республиканская музыкальная средняя школа-интернат. На домах, где он жил (установлены мемориальные доски).

Алия и Маншук. Казахские девушки стали единственными Героями Советского Союза из «дочерей Востока»

Идут по алматинскому Арбату девочки двадцать первого века. Они красивые и молодые, они могут петь, целоваться и любить. Алия и Маншук тоже были молодые и красивые, они тоже хотели петь, целоваться и любить. Но они навсегда остались молодыми. Потому что завтра была война. Это рассказ о славных дочерях казахского народа, Героях Советского Союза Маншук Маметовой и Алие Молдагуловой.

Так начиналась легенда.

Каково обывательское представление о секретарше? Известно, какое - воздушное создание, капелька духов, немного фантазии и масса предрассудков. Вроде ничего героического: А знаете ли вы, что Герой Советского Союза Маншук Маметова до войны работала личным секретарем заместителя председателя Совнаркома Казахской ССР? По нынешним меркам это офис-менеджер заместителя премьер-министра Республики Казахстан. Вот так. А вы говорите, воздушное создание, капелька духов:

Еще немного аналогии. Стать сейчас личным секретарем заместителя премьер-министра ох как непросто, вот так вот с улицы не возьмут. А Маншук была круглой сиротой, училась на рабфаке. Нет, все-таки было в советских временах что-то такое, что мы безвозвратно потеряли.

Маншук - это производное ласкательное от имени Мансия. Так назвал степняк Женискали свою дочку. Маншук росла в многодетной семье в ауле Мешиткум Урдинского района, что на западе Казахстана. Когда девочке исполнилось пять лет, ее, по старинному обычаю, отдали на воспитание дяде Ахмету Маметову. А вскоре ее родители умерли, и Маншук навсегда простилась с вольной аульной жизнью, стала городской алматинской школьницей. Ах, эти довоенные девочки с трогательными косичками и милым взглядом из-под скромно опущенных ресниц. Как отличаются они от современных эмансипированных подруг, фланирующих по алматинскому Арбату.

Примерно в это же время и приблизительно по такому же сценарию протекала жизнь Алии Молдагуловой. Ее родители - жители колхоза "Коксай" Кобдинского района Западного Казахстана Нурмухамбет и Маржан Саркуловы - нарекли дочь редким именем Ылия. В русской транскрипции - Алия. Или Лия в быту. Когда Лие исполнилось шесть лет, ее мама умерла. Вскоре отец отдал дочку на воспитание дяде Аубакиру Молдагулову, военному коменданту Кзыл-Ординской железнодорожной станции. А позже с семьей дяди Алия переезжает в шумную, знаменитую своими тенистыми улочками и прозрачными арыками довоенную Алма-Ату.

Как похожи судьбы этих двух славных дочерей казахского народа. Быть может, они даже встречались на улицах Алма-Аты. Где-нибудь возле желтого ящика мороженщика или стенда с последними номерами "Правды". Как знать:

Маншук закончила 7 классов средней школы, рабфак, поступила в медицинский институт и одновременно работала в аппарате Совнаркома Казахской ССР. Из маленькой смуглой аульной девочки с поцарапанными коленками она превратилась в обаятельную и умную девушку.

А вот жизнь Алии в 1934 году круто изменилась. Дядя Аубакир поступил в Военно-транспортную академию, и его семья переехала в Москву. Лия абсолютно не знала русский язык, ей пришлось осваивать и чужую речь, и новый образ жизни.

Сестра Алии Сапура позже вспоминала: "В первое время нам привыкнуть к Москве было нелегко, так как там очень редко встречались такие расы, как мы. И поэтому многие ребята нас дразнили китаянками или кореянками. Но иные приходили к нам для того, чтобы нас развлечь, им было интересно на нас посмотреть, послушать наш акцент, задать разные вопросы. В скором времени школьные товарищи привыкли к нам, стали приходить к нам на квартиру. Развлекаясь с этими ребятами, мы научились многим русским играм. Характер Лии был уже с детства настойчивый. Помнится, когда ей было три года, встречая теленка или козу, она им грозила: "Ты смотри, не бодай меня, разве ты не знаешь, кто я - Лия!". И когда мы играли с ребятами в казаки-разбойники или лапту, если позвать Лию домой или куда-нибудь послать, то она ни за что не соглашалась. Прервать игру для нее было преступлением. Но в то же время, не подготовившись к урокам, она не выходила играть или на прогулку".

В 1939 году Алия переехала в Ленинград, куда была передислоцирована Военно-транспортная академия. В городе на Неве она жила в детском доме, где стала лучшей ученицей и даже была премирована поездкой в "Артек".

"Я всегда буду жива, апкетай!"

И вновь перенесемся в Алма-Ату. Интересно, кем бы стала студентка медицинского института, личный секретарь заместителя председателя Совнаркома Маншук Маметова, если бы не война? Профессиональным доктором или пошла бы по партийно-аппаратной линии? Этого мы уже никогда не узнаем. Потому что 22 июня 1941 года, ровно в 4 часа: Решение пойти на фронт добровольцем у Маншук созрело сразу. В Центральном госархиве РК сохранилась копия ее заявления от 27 июля 1941 года: "Я, Маметова Маншук, родилась в 1922 году в семье крестьянина-бедняка. В данное время родители умерли. Я окончила рабфак и сейчас работаю личным секретарем заместителя председателя Совнаркома. Хочу Вас просить, чтобы Вы направили меня на фронт вместе с братьями и сестрами для уничтожения фашистов. И так как послать на фронт нет ни брата, ни сестры, поэтому прошусь сама. Прошу просьбу удовлетворить. Комсомолка с 1939 года". Подпись, дата.

Шли недели, месяцы. Война длилась уже год. Маншук не теряла времени даром: она прошла занятия всеобуча по военной подготовке, получив по всем видам оружия высокие оценки. Попутно Маншук окончила курсы медсестер. На излете жаркого лета 42-го она получила долгожданное разрешение.

Война застала Алию Молдагулову ученицей седьмого класса. Уже тогда она показала свой бесстрашный характер, обезвреживая фашистские зажигательные бомбы, которые падали на ее любимый город. Ленинград действительно стал для Алии вторым домом: Вера Даниловцева, сокурсница Молдагуловой по снайперской школе в Рыбинске, вспоминала, что Алия мечтала после войны продолжить образование только в Ленинграде, чтобы потом использовать полученные знания во благо родного далекого Казахстана.

Еще в детские годы Алия мечтала стать летчицей, как знаменитые Гризодубова, Раскова и Осипенко. Поэтому она поступила в авиационный техникум города Рыбинска. Там Алия стала одним из лучших стрелков на курсах снайперов. Как известно, снайперское движение среди советских девушек зародилось с первых дней войны. В мае 42-го была создана Центральная школа инструкторов снайперской подготовки, при которой работали женские курсы отличников-стрелков. 1 декабря того же года бюро ЦК ВЛКСМ вынесло решение по отбору на эти курсы лучших комсомолок. Алия сразу же подала заявление в военкомат, и 18 декабря 1942 года она уже выехала на станцию Вешняки в Подмосковье, в школу инструкторов снайперского дела. Она была одной из лучших и за отличную учебу даже получила наградную винтовку с дарственной надписью.

Один из сценаристов фильма "Снайперы" Сеилхан Аскаров писал о последних днях пребывания Алии в школе снайперов: "Когда дни учебы промчались и начались экзамены, выяснилось, что часть выпускников, в том числе и Молдагулова, будет оставлена в школе младшими командирами-инструкторами. Это глубоко потрясло ее. Но она до окончания зачетов и оглашения приказа сохраняет спокойствие, а затем: исчезает. После вечерней поверки все кинулись искать Алию. Обошли весь поселок, сад Шереметьевского дворца, обыскали каждый куст и весь берег Екатерининского пруда. Она как в воду канула. Только в десятом часу утра следующего дня кто-то из девчат заметил солнечный зайчик, блеснувший меж крон высокого дуба, росшего напротив школы. Курсантка поняла, что Лия прячется там, и сообщила своему командиру Екатерине Никифоровне.

- Курсант Молдагулова, немедленно спуститесь на землю! - приказала та.

- Когда вы скажете, что я буду отпущена на фронт, тогда лишь слезу.

- Приказываю спуститься! Об остальном поговорим у командования школы.

Во время беседы у начальника школы все убедились, что Лию в школе не удержать. Пришлось переделывать уже подготовленные документы на направляемых на фронт девушек".