Смекни!
smekni.com

Короленко в Нижнем Новгороде (стр. 1 из 2)

Нижний Новгород дал мне радушный

прием долгих скитаний, и те дружеские

связи, которые у меня завязались в

этом периоде, заставляют меня

вспомнить о нём, как о второй родине.

(В.Г. Короленко.)

Первый раз он оказался в нижегородском крае по пути в глазовскую ссылку в мае 1879 года; во второй - на барже с арестантами, которая летом 1880 года отвалила от одной из пристаний Нижнего Новгорода; Короленко отправляли в новое место ссылки, в Пермь.

Следующее нижегородское перепутье Короленко было уже совсем иным. Он был свободен, а остановка в незнакомом городе растянулась на долгие одиннадцать лет - самых плодотворных и самых счастливых в его творческой деятельности.

Здесь были созданы произведения, составившие ему исключительную популярность.

В Нижний Новгород 5 января 1885 года въехал никому не известный человек. Покидал его 7 января 1896 года крупнейший русский писатель и журналист. Слава его вышла уже за пределы России.

Итак. В 1885 году ямщицкие сани- розвальни, скрипя полозьями и покачиваясь на выбоинах и ухабах, везли по льду давно замерзшей Волги. Позади была долгая ссылка.

Путником с его грустными воспоминаниями о пережитом был Владимир Галактионович Короленко. Санная дорога вела из Казани в Нижний Новгород. У Короленко не было средств к существованию, не было профессии, хотя он перепробовал их множество за годы студенческой жизни и ссыльных скитаний. Сейчас он подъезжал к чужому городу, где его никто не знал и нельзя было рассчитывать на чью- либо помощь.

Всё приходилось начинать заново.

Нижний встречал своего жителя сурово и неприветливо.

Въехав за полночь в город, он остановился в гостинице недалеко от Магистратского съезда.

Это было громадное почти пустое здание, расположенное напротив Волги.

На следующий день после приезда в Нижний, Короленко отправился на первую его квартиру в Нижнем Новгороде, расположенную на ул. Варварской. Сюда он привёз из Петербурга мать и сестру с ребёнком, но это было уже 15 января.

«Я ехал с матерью»- вспоминал Владимир Галактионович в «Истории моего современника». - Она рассматривала новое место жительства. Только в одном месте её лицо омрачилось. Перед нами была Варварка, завершавшаяся тюрьмой.

Было от чего болезненно сжаться вещему сердцу матери. Она оказалась права со своими предчувствиями. Спустя месяц Короленко был арестован на своей первой квартире и заключён в ту самую тюрьму, которая в момент приезда в Нижний невольно вызвала грустные ассоциации, связанные с предшествующей полосой его жизни, полной гонений и преследований.

Но вернёмся к первым дням жизни Короленко в Н. Новгороде.

Какое-то время всё шло своим чередом, дни текли медленно и спокойно. Город был для Владимира Галактионовича чужой, но он сразу же приобрёл знакомства, разумеется, прежде всего среди неблагонадёжных. Он присматривался к Нижнему, к его обитателям. Побывал в публичной библиотеке, сделал визиты, передал рекомендательные письма, которыми снабдил его Анненский, известный статистик и литератор.

Первое время Короленко часто меняли квартиры. Переезжали все вместе, всей дружной семьёй: Короленко и Лошкаревы. Прибыв в Нижний, Владимир Галактионович сразу же попал под плотную опёку полицейских и жандармов. Каждый его шаг фиксировался. С него не сводили глаз. Особенное беспокойство вызывали его частые отлучки из города, когда ему приходилось выезжать в Москву и Петербург по литературным делам. В таких случаях полицейские всех рангов были настоящими педантами.

Это раздражало, но он привык к «жандармским любезностям» давно, а в Нижнем, с момента окончательного приезда в город, это стало неотъемлемой частью его существования. Все изменения на этот счет были сугубо формальны.

В 1887 году ему разрешают свободное жительство в Москве (Петербург остаётся для него по-прежнему закрыт). Но стоит ему выехать в Москву, как нижегородские полицейские поднимают тревогу.

Тотчас же строчится донос. Итак, первой квартирой Короленко была квартира Волковой А. Е. на Варварской, следующая квартира была на Жуковской улице ( сейчас улица Минина), в доме Архангельского.

В октябре этого же года Короленко отличён уже живущим на Кизеветтерской улице, в доме Куликовой (улице Фрунзе, дом №6). Больничная улица, дом Папковой, начинает появляться ( с января 1887г) в донесениях обращённых к нижегородскому губернатору.

И наконец, Канатная улица, дом, принадлежащий городскому архитектору В.М. Лемке.

Здесь Короленко прожил самое продолжительное время: с 27/09 1888 г. до своего отъезда из Н. Новгорода в 1896 году, 7 января.

Дома, улицы в Нижнем Новгороде, где в разное время жил Короленко, не просто различные «местопребывания» писателя. Это своеобразные вехи его жизни и творческой судьбы.

В апреле 1885 года на Варварке побывала Евдокия Семёновна Ивановская, которая приехала в Нижний для свидания с Владимиром Галактионовичем. Искорка увлечения вспыхнула между ними и дает о себе знать. Возможно , что кроме них двоих об этом еще никто не догадывается, да знают ли они сами, что судьба уже стучится в дверь и что скоро рука об руку пройдут вместе оставшуюся жизнь?…

В августе 1885 в Нижний Новгород отправляется дворянка Фёкла Ивановна Донецкая, она остановилась на квартире Короленко на Жуковской улице в доме Архангельского 9 августа 1885г.

Владимир Галактионович познакомился с Ф.И. Донецкой во время ссылки.

Покинула Фёкла Ивановна Нижний Новгород. 5. 09 1885г. Владимир Галактионович провожал её пароходом.

Но оставалось неизвестным то, что Фёкла Ивановна Донецкая приезжала в Нижний Новгород ещё раз, спустя год, остановившись в квартире Короленко уже на Кизеветтерской улице.

В марте 1889г. она погибла, заразившись от больных тифом во время ухода за ними.

В дом на Кизеветтерской улице вошла счастливая судьба Владимира Галактионовича - Евдокия Семёновна Ивановская, ставшая его женой.

Венчались они в январе 1886г. в Нижнем, в Троицкой церкви на Большой Печёрке, событие это было отмечено очень скромно.

Евдокия Семёновна была моложе мужа (родилась в 1855 году). Младшая дочь в семье, она получила образование в тульском епархиальном училище. Она обладала твёрдым характером, была лишена сентиментальности в обращений с людьми, порой прямолинейна и даже резка, но всегда справедлива. Она была высока ростом, худощава. Союз Владимира Галактионовича и Евдокии Семёновны был счастливым. Он занимался напряжённой литературной деятельностью. Она взяла на свои плечи трудные заботы о семье и помогала ему во многих его начинаниях.

26 октября 1886г. родилась первая дочь Короленко - Соня его будущий биограф и исследователь творчества отца, комментатор произведений. Ей принадлежит книга, так и названная-«Книга об отце».

1 августа 1888г рождается вторая дочь В.Г. Короленко - Наталья, и 27 сентября 1888 г. вся дружная семья Короленко и Лошкарёвы переезжают на Канатную улицу.

В Нижнем Новгороде вокруг Короленко быстро сложилась довольно обширная группа друзей и единомышленников. Здесь были земские деятели А.А. Савельев и А.С. Гациский, доктор П.К. Позерн и люди близкого Владимиру Галактионовичу круга и близкой судьбы.

О Короленко говорили: «Короленко как раскольничий епископ: появился здесь и основал целую секту корреспондентов».

Другие старожилы Нижнего утверждали: Короленко в единственном лице оказался способным дать городу настоящую писательскую академию.

Долгое время, и при жизни Короленко в Нижнем, и даже после его отъезда, можно было часто услышать при оценке того или иного бытового или нравственного явления характерный вопрос: «А что сказал Владимир Галактионович?»; или категорическое: «Этого не было бы при Короленко!»

Горький, обладавший громадной памятью, свидетельствует: имя Короленко «звучало во всех кружках города. Он становился центральной фигурой культурной жизни и, как магнит, притягивал к себе внимание, симпатии и вражду людей».

За писателем, окруженным друзьями и восторженным почитателями его таланта, неотступно следили враждебные, ненавидящие глаза…

Какое-то время события шли неторопливо, спокойно.

Но 2.02. 1885г. перепугав домашних, приведя в полнейшее недоумение его самого, вечером нагрянула полиция. Короленко был арестован и под конвоем препровождён в тюремный замок. Он вновь был в застенке. Короленко решительно протестовал, вступил в конфликт с тюремным начальством, отправил письмо на имя губернатора, потребовал встречи с прокурором.

Короленко пишет о том, что за неимением одиночных камер, где он должен был находиться в связи с арестом, его содержат в так называемой башне, куда помещают только уголовников (3 ½ шага в диаметре), лишенной света, он лишён письменных принадлежностей.

Итак, дело Короленко было грубо сфабриковано. Но это не помешало жандармам сделать у него обыск в квартире, арестовать, заключить в острог, под конвоем препроводить в Петербург, там несколько дней содержать в тюремной камере и вести следствие, исход которого был совершенно ясен и не вызывал сомнений.

Это был новый акт откровенного произвола. Но, к сожалению, не последний. Правда, Короленко больше не подвергался арестам, однако «интерес» жандармов ему приходилось постоянно испытывать точно так же, как и повышенное внимание нижегородского губернатора.

Короленко постоянно просит разрешение на посещение Петербурга и Москвы. Но получает отказы. И только в июле 1887г. признано возможным для него жить в Москве. Петербург же по - прежнему недоступен, разрешены только кратковременные визиты.

И даже когда в 1893г. Короленко получил право на «повсеместное по всей империи жительство», приставы по - прежнему фиксируют каждый его отъезд из города и каждое возвращение.

С 1886 г. в Растяпине в доме местного торговца бакалейным товаром Н.И Пегеева В.Г. Короленко снимал дачу. Возвращаясь из сибирской ссылки, он остановился в Казани у своего давнего друга- литератора Николая Фёдоровича Анненского, который и посоветовал ему обосноваться на жительство в Нижнем Новгороде. На Волгу к нему приезжает мать Эвелина Осиповна, младший брат, сестра Марина Галактионовна Лошкарёва с мужем и тремя детьми. 32-летний писатель вскоре женится на Авдотье Семёновне Ивановской, а в 1886 г. у молодожёнов родилась дочь Софья. В связи с этим событием семьи Короленко и Лошкарёвых, объединившись, летом стали выезжать на свежий воздух в деревню Растяпино.