Смекни!
smekni.com

Мифологическая концепция мира в культуре древних греков (стр. 1 из 3)

Реферат по культурологии выполнила: студентка группы

2-НК-01 Иванова Айсена Владимировна

Якутский государственный университет им А.К. Аммосова

Якутск

2003г.

Введение

Сущность греческой мифологии становится понятной только при учете особенностей первобытнообщинного строя греков, воспринимавших мир как жизнь одной огромной родовой общины и в мифе обобщавших все многообразие человеческих отношений и природных явлений. Греческую мифологию следует рассматривать не как привычную и неподвижную картину (хотя и прекрасную), но в постоянно изменяющемся в социальном и историческом контексте античного мира. Образы Аполлона, красивого юноши с лирой в руках, Афродиты, исполненной женственности и привлекательности, Афины Паллады, покровительницы справедливых войн, относятся к определенному периоду развития греческой мифологии. Такими периодами являются: хтонический, или доолимпийский, дофессальский; фессальский, олимпийский, классический или героический. В героический период происходит централизация мифологических образов вокруг мифологии, связанной с горой Олимп, и начинается переход к художественно развитому и строгому героизму. По мере разложения общинно-родовой формации складываются утонченные формы героической гомеровской мифологии. В дальнейшем наивная мифология – своего рода единственная форма первобытного мышления – гибнет как самостоятельное творчество и приобретает служебный характер, став одной из форм художественного выражения разного рода религиозных, социально-политических, моральных и философских идей рабовладельческой полисной идеологии, превращается в философскую аллегорию, широко используемою в литературе и искусстве.

Актуальность этой работы мы видим в том, чтобы, приподняв завесу времени, посмотреть в корень, в основу того, что заполняет нашу жизнь, делает ее ярче и богаче. Придя в любой музей, мы оказываемся во власти прекрасных и удивительных созданий античного мира. Греко-римская культура глубоко проникла в нашу литературу, в нашу жизнь.

Глава 1. Доолимпийский период

Процесс жизни воспринимается первобытным созданием в беспорядочно нагроможденном виде, окружающее материализуется, одушевляется и населяется какими-то непонятными слепыми силами. Земля с составляющими ее предметами представляется первобытному сознанию живой, одушевленной, все из себя производящей и все собой питающей, включая небо, которое она тоже рождает из себя. Как женщина является главой рода, матерью, кормилицей и воспитательницей, так и земля принимается как источник и лоно всего мира, богов, демонов и людей. Поэтому древнейшую мифологию можно назвать хтонической. В ее развитии прослеживаются определенные этапы. На раннем этапе, т.е. на стадии собирательно-охотничьего хозяйства, сознание ограничено непосредственно чувственным восприятием, непосредственно видимыми и осязаемыми вещами и явлениями, которые одушевляются. Такая вещь, с одной стороны, насквозь материальная, с другой – одушевленная первобытным сознанием, есть фетиш, а мифология – фетишизм. Древний человек воспринимал фетиш как сосредоточение магической, демонической или живой силы. А так как весь предметный мир представлялся одушевленным, то он соответственно становился насквозь магическим, и некое демоническое существо не отделялось от своей «материальной оболочки». Так например, Зевс почитался первоначально в г. Сикионе (Пелопоннес) в виде каменной пирамиды, на Ликейской горы в Аркадии – в виде колонны, а Геру в г. Феспиях (Беотия) представляли как обрубок древесного ствола, а на острове Самос – в виде доски.

Несмотря на все позднейшее идейно-художественное развитие таких образов как Зевс, Гера, Аполлон, Артемида, Афина, Дионис, Эрот, хариты и др., их продолжали почитать в виде камней и кусков дерева (обработанных или необработанных) даже в период наивысшего развития греческой цивилизации. Примером тому служит дельфийский омфал, или «пуп земли». Когда-то Рея, желая спасти от своего мужа Кроноса новорожденного Зевса, дала ему вместо младенца завернутый в пеленки камень, который и был проглочен Кроносом. Извергнутый Кроносом, он был помещен в Дельфах как центр земли и стал почитаться как святыня: его облачали в разные одежды и умащали благовониями. Виноградная лоза и плющ первоначально не связывались с Дионисом, который вначале был богом производительных сил природы вообще, а в дальнейшем прочно вошли в его непременные атрибуты. Плющ был связан с культом Диониса и был символом обильного виновозлияния, кипарис – с погребальным культом, платан – с культом Аполлона, Геракла и др. героев, тополь был, как символ горя, мрака и слез, лавровое дерево – наоборот, как символ счастья, света, исцеления и было связано с культом Аполлона-врачевателя, дуб – прежде всего с культом Зевса, видимо, как царь среди деревьев, оливковое дерево – с Афиной Палладой и т.д.

Змей и змея – наиболее типичные хтонические животные. Появление в поздних мифах героев, убивающих драконов, является наилучшим свидетельством борьбы новой культуры с хтонизмом вообще. Даже такие светлые и прекрасные богини, как Афина, имели свое змеиное прошлое. На афинском акрополе в храме Афины Паллады содержалась священная змея; в Аргосе змеи считались неприкосновенными.

Немалую роль в культе и мифе играла собака, вплоть до представления человеческих душ в виде хтонических собак. Волк имел ближайшее отношение к Аполлону; однако Зевс в Аркадии тоже некогда почитался в образе волка. Особой популярностью пользовалась мифология быка и коровы. Распространено было представление о верховном божестве как о быке на Крите; в виде коня представлялся Посейдон.

Несомненно, сам человек мыслился вполне фетишистски; его духовная жизнь целиком отождествлялась либо с его функциями, либо со всем человеческим организмом. Фетишистски представляется человеческий и вообще животный организм и его части. Например, голова растерзанного вакханками Орфея плывет к Лесбосу, пророчествует и творит чудеса. Глаза Медузы-горгоны превращают в камень все, на что она посмотрит. Из зубов дракона появляются воинственные спарты – родоначальники фиванских царей. Кровь тоже является носителем души. У раненого душа выходит через рану, очевидно в виде крови. Патрокл вырвал из тела одновременно «душу и жало копья». Фетишистское понимание охватывало всю природу, весь мир, который представлялся как единое живое тело, на первых порах обязательно женское. Небо и земля, земля и море, море и преисподняя очень слабо различались между собой в первобытном сознании. Такое представление сохранилось в Греции еще в классическую эпоху, когда говорили о Зевсе Олимпийском и Зевсе Подземном, о Посейдоне как «земледержце» и «землепотрясателе» и в то же время о Посейдоне как о морском божестве.

По мере развития человек начинает интересоваться вопросами производства вещей, их составом, их смыслом и принципами их строения. Тогда-то человек и научился отделять «идею» вещи от самой вещи – так совершился переход к анимизму. Как и фетишизм, анимизм (animus, «дух», anima, «душа») имел свою историю. Вначале существовало представление, что демон вещи неразделимы, и если уничтожить вещь, то демон погибнет (подобно гамадриадам – божествам дерева, умирающим с гибелью их дерева). В дальнейшем росло представление о самостоятельности этих демонов, которые не только отличаются от вещей, он и способны отделяться от них и пребывать вне их или после их уничтожения (дриады – божества деревьев остающиеся в живых после смерти дерева) более или менее продолжительный период времени. Первоначальный анимизм связан с представлением о демонимизме как о некой силе злой или (реже) благодетельной, определяющей судьбу человека. Внезапно нахлынув неизвестно откуда, он (называемый преанимистический демон) мгновенно производит катастрофу и тут же бесследно исчезает. По терминологии нем ученого Г. Узенера, преанимистический демон есть не что иное, как «бог данного мгновения». Демон – это первоначально та внезапно действующая сила, о которой человеку еще ничего неизвестно, его законченного образа еще не существует, но он уже не является фетишем. С момента, когда прежде безличный демон получает ту или иную индивидуализацию, происходит переход от преанимизма к анимизму. Боги и демоны греческой мифологии мыслятся как существа материальные, чувственные. Они обладают самым обыкновенным телом, хотя возникшим из разных видов материи. Если древние греки представляли, что самая грубая и тяжелая материя – это земля, вода же есть нечто более разреженное, а воздух еще тоньше, чем вода, и тоньше воздуха – огонь, то демоны состояли из всех этих стихий. Боги же состояли из еще более тонкой материи, чем огонь – из эфира.

Древние анимистические демоны представляются, как правило, в беспорядочном и дисгармоничном виде. Т.н. тератологические мифы (от греч. «чудо», «чудовище») повествуют о чудовищах и страшилищах, символизирующих силу земли. Гесоид подробно рассказывает о порожденных Ураном (небо) и Геей (земля) титанах, циклопах и сторуких (особенностью сторуких была их чудовищность – 100 рук и 50 голов). Порождением земли и тартара является стоглавый Тифон, порождением земли были эринии – страшные, седые окровавленные старухи с собачьими головами и со змеями в распущенных волосах. Они блюдут уставы земли и преследуют всякого преступника против земли и прав материнского родства. От эхидны и Тифона рождаются чудовищная собака Орф, кровожадный страж Аида – Цербер, лернейская гидра, Химера, Сфинкс, убивающая всех, кто не решит ее загадок. Миксантропическими (т.е. соединившими в себе черты человека и животного) демонами являются сирены (полуптицы – полженщины), кентавры (полукони – полулюди). Все это примеры невыделенности в первобытном человеческом сознании человека из природы, рассматривавшего себя как неотъемлемую ее часть.