Смекни!
smekni.com

Роль описания природы в романах Джейн Остен "Гордость и предубеждение" и Шарлотты Бронте "Джейн Эйр" (стр. 7 из 14)

Остен начала работать над романом, когда ей только что исполнился двадцать один год. Тогда роман ею был назван «Первые впечатления». Но издатели рукописи не приняли, и готовый к сдаче в печать текст романа был отложен автором на много лет. Взялась за него Остен вновь лишь тогда, когда ей удалось напечатать «Разум и чувствительность». В том виде, в каком «Гордость и предубеждение» вышел в 1813 г., книга по замыслу и содержанию не изменилась, однако была сильно сокращена и стилистически отточена.

Сюжет романа несложен, и группировка персонажей в нем строго продумана. Действие развивается вокруг одного, на первый взгляд, как будто тривиального конфликта: Элизабет Беннет, дочь небогатого провинциального помещика – незаурядная как по своим внешним, так и по душевным качествам, – встречается с красивым, умным и в своей среде столь же незаурядным аристократом, ненадолго приехавшим в то графство, где обитает семья Беннетов. Элизабет ощущает пренебрежение Дарси и его друга Бингли к своей семье, и в ней рождается предубеждение против него, которое ей трудно преодолеть даже тогда, когда между людьми рождается взаимное чувство. Дарси, в свою очередь, сознавая свое превосходство (как сословное, так и личное) над провинциальным джентри, вначале обнаруживает в присутствии Элизабет подчеркнутое высокомерие, а затем, полюбив девушку, преодолевает и свою гордость, и свои предрассудки. Конфликт осложняется тем, что некому Уикхему удается внушить Элизабет превратное представление о личности и поступках Дарси.

Содержание романа не исчерпывается устранением недоразумения между Дарси и Елизабет и преодолением их гордости и предубеждений. Они вращаются в кругу разных людей, характеры которых представляют самостоятельный интерес. Разработаны они при этом писательницей с разной степенью полноты, в зависимости от роли, которую играют разные персонажи в ходе повествования.

«Гордость и предубеждение» - прежде всего глубоко реалистическое изображение характеров и нравов пусть не всего английского общества, но его привилегированных пластов в конце XVIII-начале XIX вв. И не только нравоописание Остен с большим мастерством подлинного художника нового времени, вглядывается в причины и побуждения, раскрывает душевную жизнь если не всех, то главных персонажей своей книги. Наконец, она говорит о серьезных вещах в таком комедийном ключе, что роман ее читается как остроумнейшая комедия в лучших традициях богатой драматургической культуры Англии. При этом писательница нигде не впадает в преувеличение и если порой – преимущественно в изображении второстепенных персонажей – подходит к самой границе гротеска (Коллинз, миссис Беннет, отчасти леди де Бёр), то, как правило, удерживается в рамках тончайшей иронии.

Уже на первой странице, служащей увертюрой к роману, становится ясно, насколько отчетливо Остен понимала те силы, которые управляли современным ей обществом. Как бы они ни маскировались и как бы порой не облекались в красивые одежды, в основе всех чаяний и интересов общества, к которому принадлежат персонажи ее книги, лежат имущественные интересы, т.е., в конечном итоге, корысть, если еще не в прямом смысле деньги.

«It is a truth universally acknowledged, that a single man in possession of a good fortune must be in want of a wife» – так начинается первая глава романа. «Fortune» – т.е. богатство, которым имеет счастье обладать молодой помещик, становится и должно стать предметом вожделения той среды, где он скорее всего начнет искать себе подругу жизни.

«However little known the feelings or views of such a man may be on his first entering a neighbourhood, this truth is so well fixed in the minds of the surrounding families, that he is considered as the rightful property of some one or other of their daughters.»

Годовой доход Дарси и Бингли немедленно подсчитывается родителями незамужних дочерей в том графстве, в котором появляются блестящие молодые лондонцы, и матери незамужних дочерей немедленно начинают на них атаку.

Последующее повествование идет уже в двух планах: один – ход вещей естественный и закономерный для общества, где происходит действие; другой – индивидуальный, ломающий традицию. Провинциальные дамы и джентльмены, принадлежащие к небогатому джентри (например, миссис Беннет, сэр Лукас и его дочь Шарлотта), ловят выгодных женихов, а стоящие выше по сословной лестнице (леди де Бёр, сестра Бингли) сопротивляются – таков один реальный и трезвый ряд. Дарси ломает свою сословную гордость, проникнувшись искренним чувством к Елизабет, а Елизабет преодолевает свою гордость и свои предрассудки под влиянием ответного чувства – таков второй. Леди де Бёр, как и миссис Беннет, поступает «in character», т.е. типично, так, как им положено по их сословным убеждениям и месту на имущественной лестнице. Дарси и Елизабет поступают «out of character», т.е. ломая обычай.

Как относится к первым и ко вторым сама Остен – совершенно очевидно. Наделенная незаурядной глупостью миссис Беннет – воплощение психологии мелкого джентри – служит предметом остроумнейших шуток писательницы. Леди де Бёр – наглая в своем сословном чванстве, вызывает насмешку более острую, граничащую с сатирой. Леди де Бёр – с высокомерием взирающая на всех стоящих ниже, а ее покорный слуга Коллинз, подло презирающий всех ниже стоящих.

Дарси и Элизабет, умеющие преодолеть в себе свои слабости и недостатки, выступают положительными героями автора. Если персонажи первого ряда – это люди обыденные, внутренне серые, то персонажи второго – люди, обладающие четко выраженной индивидуальностью.

Не удивительно, что именно в изображении персонажей второго ряда Остен добилась наибольшей тонкости психологического рисунка. Она показывает всю сложность их противоречивых чувств, их достоинства и их слабости. Это живые люди, способные и на большое чувство, и на глубокое заблуждение. Остен порой любуется Дарси – его умом, силой характера, умением любить, но это не мешает убедительно показывать, как сильно владеют им воспитанные в нем средой предубеждения, самоуверенность и гордость. Еще ближе писательнице Элизабет, бесспорно, одна из ее любимых героинь. Джейн Остен умеет убедить читающего и в благородстве чувств мисс Беннет, и в незаурядности ее ума, и в рассудительности, но тут же показывает, как часто она склонна заблуждаться, как трудно и ей сломить в себе гордость, противодействующую ее любви к Дарси и правильному пониманию его поступков. В этом смысле брак Дарси и Элизабет воспринимается не как традиционный «happy end», а как разрешение сложного конфликта двух незаурядных личностей, как выход из тупика.

Если говорить о трезвости реализма Остен и совершенстве художественного проникновения во внутренний мир героев, отличающих «Гордость и предубеждение», думается, что главной причиной популярности романа все же является та форма, в которую писательница облекла и реалистическую комедию нравов, и решение характеров. Мы имеем в виду великолепное мастерство Остен-ирониста, разнообразие оттенков и насмешки и тот подтекст, который неизменно кроется и в этой насмешке.

Остен старалась максимально уходить «за сцену», почти не позволяя себе авторских суждений, деклараций, а тем более «направляющих» внимание читателя сентенцией. Вместе с тем ее ирония тонко направляет внимание читателя в нужное ей русло.

Иронией пронизан весь текст романа. Она окрашивает диалоги, определяет скрытый смысл брошенных на ходу замечаний, подсказывает оценки поступков, отношение писательницы к людям.

Чаще всего ирония Остен строится на испытанном приеме несоответствия формы выражения существу изображаемого, но без всякой тенденции к смягчению того, что изображается. Так, глупость миссис Беннет становится очевидной уже с первых страниц романа в одном коротком диалоге со своим супругом:

“…You take delight in vexing me. You have no compassion on my own nerves”.

“You mistake me, my dear. I have a high respect for your nerves. They are my old friends. I have heard you mention them with consideration these twenty years at least”.

Остен доводит искусство иронического намека до совершенства. Тонкость ее насмешки в большинстве случаев определяется тем, что нелепости изрекаемыми одними действующими лицами ее комедии, другими безоговорочно, а порой даже с почтением принимаются, в то время как автор стоит в стороне, но незаметно направляет внимание читателя в нужное русло.

Иногда одно слово, неожиданно вставленное в несходный контекст, не только служит источником насмешки, но меняет весь смысл того, о чем идет речь. Так, гости леди Кэтрин (обед в Розингсе) собираются вокруг камина для того, чтобы принять из ее уст «решение того, какой быть назавтра погоде».

Относясь с большим уважением к слову и переделывая отдельные обороты и предложения по нескольку раз, Остен стремилась к наибольшему лаконизму, боролась с многословием. Ее язык ясен и в своей ясности предельно прост. Переработка текста вела к максимальной выразительности и стройности предложений, и писательница тщательно истребляла все похожее на «красивость» и языковой штамп, которых было так много в произведениях ее современниц, хотя бы в книгах весьма популярной в то время Фани Берни.

В «Разуме и чувствительности» еще можно встретить некоторые стилистические штампы. В «Гордости и предубеждении» их почти нет. Даже там, где она касалась стандартных как будто ситуаций и героев, она вносила в них дыхание жизни, и они приобретали новый смысл, воспринимались как отражение современной жизни. Так, фигура Уикхема наиболее близка к традиционному «злодею», однако в романе Остен образ его выписан наиболее правдоподобно. Ситуация, связанная с бегством из дома Лидии, очень напоминает некоторые мотивы Ричардсона, но решается в ином, более трезвом и современном ключе.

Остен при этом не «копировала жизнь, к чему призвали через сорок с лишним лет натуралисты, но очень строго придерживалась того, что наблюдала вокруг себя. Опасаясь штампов в языке и стиле, она обходила банальность мелодрамы, подвергала беспощадной насмешке пафос и чувствительность.