Смекни!
smekni.com

Группы интересов и политика (стр. 2 из 3)

Результатом подобных обоюдных устремлений государства и групп интересов стало создание особой системы представительства, которое (в отличие от территориального или электорального) принято называть функциональным. В течение ряда десятилетий оно является органической частью структуры политического управления стран Запада. Без такого рода представительства и взаимодействия нормальное (или близкое к нормальному) функционирование современного общественного организма было бы невозможным.

В разных странах сложились собственные системы функционального представительства. Но практически у всех есть общие черты и особенности: наличие специальных институтов и учреждений, в рамках которых осуществляется «диалог» представителей организованных интересов и государства, принципы комплектования и способы деятельности таких институтов. К тому же практически везде существует система неформальных связей и отношений, нередко играющую роль более важную, чем формализованные связи.

Пример формализованных структур – советы или комитеты при органах исполнительной власти. Они состоят из руководителей данных органов, представителей групп интересов и независимых экспертов. Большинство таких комитетов существует на постоянной основе, часть же создается для поисков тех или иных решений «разового» характера, в основном в законодательной сфере.

Другая форма институциональных связей между правительственными учреждениями и парламентами, с одной стороны, и группами интересов с другой. Например, в Великобритании при социально- экономических ведомствах уже давно функционируют так называемые спонсорные подразделения. В их задачи входят регулярные связи с отраслевыми ассоциациями бизнеса и отдельными корпорациями, выработка совместных с ними рекомендаций для министерских и правительственных решений. В отличие от консультативных комитетов эти подразделения государственные и не включают в свой состав представителей групп интересов.

Еще существуют учреждения, наделенные распорядительными и управленческими функциями и полномочиями. Пример (Швеция, Великобритания) – органы, регулирующие рынок рабочей силы, осуществляющие комплекс мер по ограничению масштабов и смягчению последствий безработицы.

Выделяются так называемые трипартисткие органы (бизнес, профсоюз, государство). Распространилась в 50-х –70-х годах. Их роль не ограничивалась лишь достижением консенсуса между основными социальными партнерами, в некоторых странах (Австрия, Швеция, Австралия и др.) они превратились в органы, по существу определявшие параметры социально-экономической стратегии государства. Но в те же 70-е годы обнаружились дефекты неокорпоративной модели. Главная – неспособность адекватно реагировать на необходимость далеко идущей структурной перестройки экономики, новые повышенные требования к менеджменту и рабочей силе в условиях НТП. Одна из причин резкого падения роли и влияния «трипартизма» - кризис профсоюзов, ослабление их политического влияния. Укрепивший свои позиции бизнес предпочитает теперь решать проблемы напрямую с правительствами и лишь в отдельных случаях соглашается на участие профсоюзов в переговорах и консультациях.

И все же система функционального представительства продолжает развиваться (Скандинавия, Австрия, Австралия), число ее участников возрастает за счет экологов, потребителей и других влиятельных групп интересов. Она укоренена в системе общественных отношений стран Запада ничуть не менее, чем партийно-парламентское представительство.

Подтверждение этому – заметно усилившаяся роль неформальных связей между группами интересов и государством в рамках той же системы представительства интересов. Наиболее распространен лоббизм, то есть различные формы и методы воздействия бизнеса, других общественных групп на представителей законодательной и исполнительной властей в целях добиться от них принятия выгодных для себя решений. (Конечно же, лоббизм практикуется и в рамках формализованных структур, а при неформальных отношениях имеют место консультации, цель которых не сводится у извлечению сиюминутной выгоды для той или иной группы интересов. Однако, все же львиная доля лоббистской практики реализуется именно в рамках неформальных, свободных от институциональных и процедурных ограничений связей.) Так как лоббизм – только часть функционального представительства, то он несет соответствующую долю его позитивной нагрузки. Он необходим и для госорганов, и для тех, кого затрагивают решения государства. Лоббизм, предоставляя ценную информацию о реальной ситуации и о возможных последствиях принимаемых мер, создает более надежную базу для принятия решений госорганами и способствует восприятию этих решений теми, кого они касаются.

Негативные стороны лоббизма – склонность многих его участников к удовлетворению своекорыстных устремлений, создания благоприятной среды для возможных коррупции и злоупотреблений, - но одновременно с расширением его практики растет и арсенал средств, способных ограничить такого рода поползновения. В их числе – жесткая правовая регламентация лоббизма, расширение круга его участников и поощрение конкуренции между ними, повышение профессионализма и требований к профессиональной этике госслужащих и членов представительных учреждений, совершенствование самого механизма лоббирования.

2 Группы интересов в России.

Как видно из выше сказанного, на Западе сложились вполне определившиеся формы представительства интересов. Разумеется, что копировать их полностью применительно к России невозможно, да и не нужно. Но тем не менее целесообразно использовать опыт, уже накопленный в странами Западной Европы и США. В то же время в России складывалась и продолжает складываться система представительства интересов.

2.1 "Секторизация" российского стиля политики.

Для российского стиля политики характерна "секторизация", которая означает, что политика формируется ведомствами автономно.

Следует отметить, что российская "секторизация" принципиально отличается от практики, проводимой ведомствами в западных демократических странах. У нас "секторизация" заканчивается, по сути, выработкой каждым министерством (ведомством) своей программы. В западно-европейских странах за этим следуют длительные переговоры с близкими ведомствами, затем "своими" группами интересов, политическими субъектами - партиями, парламентом и т.д. Отсюда и характерная для западных стран

черта, как "клиентилизм", т.е. когда правительство ведет переговоры с устоявшимися, "своими" группами интересов. Ведет их на основе как писаных законов, регулирующих характер взаимоотношений различных субъектов по выработке, принятию и реализации решений, так и на основе исторически сложившихся традиций, общепринятых в обществе правил игры, как, скажем, это имеет место в Англии, где действует так называемая "прецедентная система".

2.2 Закрытость переговоров между правительством и группами интересов.

Нельзя сказать, что группы интересов у нас не участвуют в процессе принятия решений. Часто приходится слышать заявления со стороны представителей официальной власти, депутатского корпуса и т.д. о действиях

директорского, аграрного лобби, традиционными являются ссылки на военно-промышленный комплекс. Но эти процессы согласования интересов между ними окутаны покровом секретности. Об их действиях можно судить по отдельным решениям правительства, отдельных министерств, которые, выдав, скажем, лицензию на продажу (покупку) товаров или продуктов тому или иному лицу, фирме и т.п., не доводят до сведения общественности не только основания выбора конкретного лица или организации, но практически ничего – о правах сторон, о выгоде принятого правительством (министерством) решения и т.п.

Секретность переговоров между правительством и группами интересов позволяет говорить еще и об отсутствии постоянных "правил игры", поскольку они часто меняются властью. Стремясь убедить население в отказе от прежнего стиля политики и переходе к практике консенсусных отношений при принятии политических решений, руководящая политическая элита пошла на подписание Договора об общественном согласии (1994 г.) между властью, политическими, общественными организациями, союзами. Однако договор о согласии стал не средством разрешения острых политических конфликтов, а ширмой, созданной для передышки и перегруппировки сил перед новой схваткой. Судьба этого нежизнеспособного документа изначально была предопределена деятельностью Согласительной комиссии, которая полностью направлялась администрацией президента и в которой возможность рядовых участников как-то влиять на положение дел была сведена к нулю. Практически это влияние ограничивалось рамками заседаний Общественной палаты при президенте РФ и Согласительной комиссии, находящейся под полным контролем администрации президента.

2.3 Лоббизм в России при принятии и инициализации законопроектов.

Но известно, что хороший, эффективный закон должен отвечать по меньшей мере двум условиям. Первое - соответствие этого закона общественным нуждам и согласие с ним тех сил, интересы которых он затрагивает и от которых в решающей степени зависит его реализация.

Второе - высокопрофессиональная проработка закона, призванная обеспечить безупречные правовую и политическую базы.

Для соблюдения обоих этих условий необходимо, чтобы в подготовке и обсуждении законопроектов участвовали не только опытные и высококвалифицированные профессионалы, но и полномочные представители заинтересованных общественных сил и групп. Имеется в виду прежде всего участие на неформальном, "лоббистском" уровне, чреватом сговором, давлением, использованием "подпитки" и т.п. методов, а узаконенное и введенное в рамки соответствующих институтов и структур.