Смекни!
smekni.com

Правовое государство (стр. 4 из 6)

Решающая роль в замене гражданского общества тоталитаризмом принадлежит государству. Глава фашистского государства Бенито Муссолини саму идею Stato totalitaro выражал так: "Все для государства, ничего кроме государства, ничего против государства"[11]. Именно с помощью государства гражданское общество заменяется тоталитарным.

Разумеется, государство и общество - не враги. Но их интересы не тождественны, а иногда противоречивы. Государству, например, проще было бы обеспечить борьбу с правонарушениями и охрану правопорядка, если ввести комендантский час, поголовное дактилоскопирование населения, наделить оперативный аппарат правоохранительных органов широкими правомочиями проводить обыски, превентивные задержания, аресты, высыпки, а дела о правонарушениях решать в ускоренном порядке в военных и других чрезвычайных судах. С другой стороны, богатство и свобода в гражданском обществе будут быстрее расти и процветать, если граждане не будут обременены налогами, будут свободны от воинских и иных обязанностей, от акцизных сборов, таможенных пошлин и ограничений.

В нормальные, относительно спокойные периоды социального развития эти и другие противоречия обсуждаются и решаются в представительных учреждениях. Не было, нет и не будет демократических государств, где не велись бы нескончаемые дебаты о размере налогов, о способах борьбы с преступностью, о состоянии законности и других общественных и государственных проблемах. Однако противоречия между государством и обществом резко обостряются в кризисные периоды, особенно если к руководству государством стремится или приходит группа лиц, пытающихся использовать государство в групповых целях.

Государство способно стать орудием уничтожения гражданского общества, если власть перейдет в руки политических деятелей, учреждающих привилегии, противоречащие всеобщему равенству перед законом, ограничивающих или отменяющих права и свободы, заменяющих диалог и поиск компромиссных решений принуждением и подавлением инакомыслящих, узаконивающих отношения власти-собственности, свойственные тоталитарным и полутоталитарным государствам[12].

XX в. создал ряд серьезных угроз для дальнейшей истории человечества. Растет число стран, имеющих ядерное оружие, общего количества которого достаточно, чтобы уничтожить жизнь на Земле. Существует опасность перерастания локальных конфликтов и войн в термоядерные, ведущие к глобальной катастрофе. Развитие промышленности уже причинило невосполнимый ущерб природе; нарастает экологическая катастрофа, грозящая вырождением и гибелью человечества. Само человечество переживает еще не виданный в истории стремительный рост народонаселения, особенно в развивающихся странах; социальные последствия демографического взрыва дают основания крайне пессимистическим прогнозам.

Порожденные всем этим, а также социальной и политической нестабильностью тревоги и опасения за будущее народов отдельных стран и человечества в целом служат социально-психологической основой для политических движений и программ авторитарного и тоталитарного толка, предлагающих экстремистские административно-военно-казарменные средства решения острых социальных проблем. Одни из этих движений и программ продиктованы искренним стремлением использовать крайние средства для спасения народов своей страны и всего мира, для других эти мотивы - лишь прикрытие своих сугубо эгоистических целей[13].

В кризисные эпохи гражданское общество не всегда способно противостоять экстремистским тоталитарным партиям, захватившим руководство государством. Основные институты демократии, которыми обеспечено современное государство, выглядят как его необходимые части, но не являются таковыми, поскольку государство остается государством и без этих учреждений. Гражданское общество по самой своей природе недостаточно организовано для борьбы с государством, если последнее находит возможность избавиться от его власти и контроля. В социальных спорах самым последним доводом всегда была сила, а организованная сила государства превосходит любую другую.

Решающим фактором сохранения гражданского общества, современного государства и права или, наоборот, замены их тоталитарным строем является состояние народа как особой социальной общности.

Объединение множества людей в единый народ осуществляется через все формы общественного сознания, особенно, на наш взгляд, через осознание общности исторических судеб, т.е. действительное или предполагаемое единство прошлого, настоящего и будущего, в основе которого лежат преемственность традиций и предвидение общих исторических перспектив[14].

Основными идеологическими средствами сплочения населения государства в единый народ являются (помимо традиций) общая цель или опасность. Опасность может быть реальной (агрессия, стихийные бедствия) или мнимой (несуществующие "враги народа", мнимые агрессоры, "подозрительные"). Общая цель может быть достижимой (сохранение или улучшение высокого уровня жизни) или утопичной (нереальные проекты социального развития, планы мирового господства). Как правило, народ настроен консервативно, если многочислен "средний класс" - та часть общества, которая достаточно зажиточна, чтобы не испытывать нужду в необходимом (квалифицированные рабочие, научно-техническая и иная интеллигенция, фермеры, лица, имеющие среднюю по размерам собственность, владельцы мелких предприятии, в том числе в сфере обслуживания и т.п.), но не настолько богата, чтобы вызывать зависть малоимущих, стремление разделить их собственность.

Многочисленность "среднего класса" — основа основ прочности современного государства и стабильного гражданского общества. В периоды нормального развития гражданского общества "средний класс" и большая часть народа настроены в духе сохранения и умножения основных традиций, социально-нравственных связей, скрепляющих народ. В такие периоды отношение народа к государству выражается более всего в поддержке демократических институтов и ясных социальных перспектив развития, в скептическом отношении к социальному авантюризму, прожектерству и проявлениям диктаторства.

В кризисные периоды общественного развития, когда возрастает общая неуверенность в будущем и опасение за свои судьбы, усиливаются и противоречия в самом народе, и противоположности между государственной властью и обществом. Социальная безысходность порождает и резко обостряет разочарование в надеждах (обычно преувеличенных), традиционно возлагавшихся на помощь со стороны государства, сеет недоверие и неуважение к правительству, подрывает его авторитет. Обычная демократическая процедура деятельности представительных органов власти начинает казаться раздражающе неторопливой, а сама власть - слабой и нерешительной. Если в периоды спокойного развития общества народ питает естественную неприязнь к диктаторству и авторитаризму, то в смутные времена бонапартизм начинает казаться единственным спасением. Выход правительства и государства из-под народного контроля в таких условиях облегчается расколом самого народа, разорением и деградацией "среднего класса", рознью наций, богатых и бедных, борьбой партий, проповедями демагогов, зовущих к разделу имущества, выходом на политическую арену преимущественно недовольных, критически настроенных наименее обеспеченных слоев общества, а также ростом "охлоса" (деклассированные, экстремистские, антисоциальные элементы). Дальнейшее развитие общества и народа при стремительном росте бесконтрольной власти военного и чиновничьего аппарата более всего зависит в таких условиях от глубины общественного кризиса и от степени реальности позитивной программы политиков, возглавляющих государство.

Но само существование человечества - доказательство несбыточности ряда крайне пессимистических прогнозов о конце истории, которым нет числа. До сих пор человечество существовало как саморегулирующаяся система с сильным инстинктом самосохранения. Гражд. общество, права и свободы человека, правовое и социальное гос.- основные ориентиры в этом саморегулировании.

3. Государство правовое и социальное

Для второй половины XX в. в конституционной организации государства характерно сочетание правового принципа с социальным, что дает формулу социального правового государства.

Вообще слово «социальный» в латинском языке означает «общий», «общественный», то есть относящийся к жизни людей в обществе. Поэтому «социальным», по мнению Протасова В.Н., в самом широком значении этого слова является любое государство, будучи продуктом общественного развития[15]. Однако в данном случае под «социальным государством» понимается государство, обладающее особыми качествами и функциями.

Существование и деятельность социального государства тесно связана с такими общественными явлениями, как демократия, гражданское общество, правовое государство, свобода и равенство, права человека.

3.1. Формирование идеи социальной государственности

Идея социальной государственности сформировалась в конце XIX — начале XX вв. (то есть позднее идеи правового государства) как результат объективных социально-экономических процессов, происходящих в жизни буржуазного общества, когда в противоречие вошли два его важнейших принципа - принцип свободы и принцип равенства. Теоретически сложилось два подхода к соотношению этих принципов. Адам Смит, Джон Стюарт Милль, Бенжамен Констан, Джон Локк и др. отстаивали теорию индивидуальной свободы человека, вменяя государству в качестве основной обязанности охранять эту свободу от любого вмешательства, в том числе и от вмешательства самого государства. При этом они понимали, что в конечном счете такая свобода приведет к неравенству, однако считали свободу высшей ценностью.