Смекни!
smekni.com

Внутренне-целостная личность: путь к духовному идеалу через осмысление бытия (стр. 3 из 10)

Дифференциальный диагноз жизненных ориентаций и жизненной позиции

Тип жизненных ориентаций: развитие на протяжении повести от преобразователя, излишне полагающегося исключительно на себя и потакая своим бессознательным импульсам, до внутренне целостного человека. Многое пережив, он осознает, что "всю жизнь погибал и не мог погибнуть" по "родительскому завещанию", что означает осмысление внешней детерминации жизни. Ранее он всячески пытался противодействовать Божию промыслу, хотел "свободы" (внутренний локус контроля), но в результате попал в рабство. Истинную свободу он обретает лишь при подчинении себя промыслу. Изобретательность в резких переменах жизни, сам которым послужил причиной, свидетельствует о творческой жизненной направленности. Так, с помощью приспособлений миссионеров для фейерверков он сумел запугать татар, более того, окрестить их, бежать из плена. Но жизненное творчество Флягина проявляется еще в большей степени в виде рискованных своевольных поступков. Уравновешивание творческой направленности с адаптивной происходит, когда после многолетних жизненных неудач он решает подчиниться давно известной цели – уходу из мирской жизни и служению Богу.

Жизненная позиция характеризуется направленностью на осмысление своей жизни, развившейся из череды суетливых экзотических поступков к их осознанию, смирению, стремлению искупить греховность своей жизни в войне за отечество.

Жизненная ситуация – телесное и духовное странничество, тяга к духовному совершенствованию.

Нравственные характеристики. Захватывающая дух у читателя дикость нравов, "натуральность", характеризует "нулевой" уровень нравственности с начала жизненного пути. За всю жизнь Флягин совершил много жестоких поступков, много людей убил. Характерный пример: Цыганку Грушу он любил и жалел, а все же виноват в ее гибели: в отчаянии от того, что ее разлюбил князь, Груша просит сначала поклясться, что сделает для нее то, о чем просит. Флягин легкомысленно клянется спасением души, после чего Груша просит ударить ее ножом в сердце. Флягин отказывался, да ревность взыграла после слов Груши: "Не убьешь, – говорит, – меня, я всем вам в отместку стану самою стыдной женщиной". И он "весь задрожал, и велел ей молиться, и колоть ее не стал, а взял так с крутизны в реку спихнул".

Затем происходит нравственное переосмысление жизни: Флягин счел себя обязанным отстрадать за Грушину душу и вытащить ее из ада. Пошел в солдаты вместо сына старичков, пожалев их, попросил определить его на Кавказ ("где я могу скорее за веру помереть"), пробыл там пятнадцать лет, за храбрость (стремился кровью искупить грехи) был произведен в офицеры и с Георгием вышел в отставку, хотя пытался честно рассказать о том, что он большой грешник. Уже после покаяния все же считает себя недостойным постричься в монахи, хочет идти на войну и пострадать за отечество.

Направленность (жизненная задача) – поиск призвания, а вмести в ним и истины. Иван Северьянович приходит к ней через многие мытарства.

" – А что вы почитаете своим призванием?

– А не знаю, право, как вам сказать… Я ведь много что происходил, мне довелось быть-с и на конях, и под конями, и в плену был, и воевал, и сам людей бил, и меня увечили, так что, может быть, не всякий бы вынес…

– А когда же вы в монастырь пошли?

– Это недавно-с, всего несколько лет после всей прошедшей моей жизни.

– И тоже призвание к этому почувствовали?

– М…н..н…не знаю, как это объяснить…, впрочем, надо полагать, что имел-с.

– Почему же вы это так… как будто не наверное говорите?

– Да потому, что как же наверное сказать, когда я всей моей обширной протекшей жизненности даже обнять не могу".

Организация внутреннего мира. Поиск смысла жизни – важный источник развития внутреннего мира Флягина. Чем выше осознание своей жизни, тем более осознанными становятся поступки, вначале хаотические, не имеющие направления, случайные. Можно отметить два важных события, послужившие толчком к переосмыслению своей жизни, в основе которых любовь – к родине и к женщине: ностальгия по родине в татарском плену и переживания, связанные с гибелью Груши, обвинение себя в ее смерти, желание искупить вину страданием.

Способ взаимосвязи внутреннего и внешнего мира. Мир переживаний Флягина различен в начале и в конце его жизненного пути. В начале в основном его поступками движет внезапный гнев, раздражение, порыв, ведущие к новым бедам. В конце, по мере осознания своей греховности, –сознательная работа над собой, нелегкий духовный труд, способствующий душевному покою. В итоге жизни Флягина – это открытость миру, проявляющаяся, в частности, в спокойно-откровенно-простодушном повествовании о своей жизни, тихой сосредоточенности. Поступки становятся все более сознательными. Так, он считает необходимым противостоять искушениям, иллюстрацией чему может служить его рассказ о том, как он боролся в монастыре с бесом (вспоминал живо о Груше) постом, молитвами, земными поклонами до изнеможения. " … И все одним измором его, врага этакого, брал, потому что он другого ничего не боится: вначале я и до тысячи поклонов ударял и дня по четыре ничего не вкушал и воды не пил, а потом он понял, что ему со мной спорить не ровно, и оробел, и слаб стал: чуть увидит, что я горшочек пищи своей за окно выброшу и берусь за четки, чтобы поклоны считать, он уже понимает, что я не шучу и опять простираюсь на подвиг, и убежит. Ужасно ведь, как он боится, чтобы человека к отраде упования не привести.

– Однако же <…> вы его преодолели, но ведь сколько же и сами вы от него перетерпели?

– Ничего-с; что же такое, я ведь угнетал гнетущего, а себе никакого стеснения не делал". Осознание своей греховности сопровождает осмысленную духовную борьбу, в которой иногда побеждают и свойственные ему ранее гневные порывы. Так, благословили его стоять у решетки для возжигания свеч, да он уронил свечи сначала случайно, а потом рассердившись, сам свечи рукой посбивал. Сидел в наказание с лета до заморозков в пустом погребе, где стал плакать и пророчествовать войну, в которой собирается участвовать и принять смерть.

Внешняя реализация внутреннего мира. Это серия экзотических жестоких поступков, вплоть до осмысления Божественного промысла и сознательных поступков. Отец Ивана был кучером, и в одиннадцать лет он стал форейтором при отце. И в дальнейшем специализировался по лошадям – "в лошадях знаток… не одну тысячу коней отобрал и отъездил". Много раз был на краю гибели. Еще подростком стал по своей бездумной лихости причиной смерти монаха. Рассердившись, он кнутом полоснул спящего вдоль спины, лошади понесли, и монах запутался в вожжах под колесами. Благодаря исключительной физической сноровке, спас господ и себя, чудом остановив летящий экипаж в пропасть. "Мне надо было бы этим случаем графской милости пользоваться, да тогда же, как монах советовал, в монастырь проситься; а я сам не знаю зачем, себе гармонию выпросил, и тем первое самое призвание опроверг, и оттого пошел от одной стражбы к другой, все более и более претерпевая, но нигде не погиб, пока все мне монахом в видении предреченное в настоящем житейском исполнении оправдалось за мое недоверие". Следующий "дикий" поступок: в ярости на господскую кошку, съевшую его голубят, дал ей полторы сотни кнутов. Чтобы проверить, издохла ли, отрубил хвост, который над окном своим приколотил. Укорявшую его горничную двинул метлой по талии. За этим последовало от господ наказание: то, что его отодрали, показалось ему терпимым, а вот задание для дорожки камешки молотком бить на коленях не вынес, т.к. все насмехались. Хотел даже повеситься в своей гордыне, да цыган спас, но и погубил, поскольку пришлось идти в разбойники. Все дальнейшие поступки весьма импульсивны. Так, он вступил в жестокое состязание с татарином за то, кому достанется конь (причем не для себя, а для чужого человека). О причине поступка он говорит так: "Сек, потому что хочется". В состязании он победил, несмотря на ужасную боль, запоров до смерти татарина. Пришлось бежать с татарами в степь, в плену, тоскуя, провел десять лет. Был подщетинен (подвергся жестокой операции вшивания рубленого конского волоса в пятки), чтобы больше не сбегал. Перенес угон из одной орды в другую. А все по причине своего "Я хочу". Был и воином, и артистом, оставшись без крова и пищи, ушел в монастырь.

Развитие личности. В момент повествования Ивану Северьяновичу пятьдесят два года, он инок в рясофоре Окружающим он видится как "в полном смысле богатырь, притом типический, простодушный русский богатырь", но, кроме того, "бывалый", много видевший человек. Родом Иван Северьянович из крепостных. Во сне убитый им монах сообщил ему "знамение": "будешь ты много раз погибать и ни разу не погибнешь, пока придет твоя настоящая погибель, и ты тогда вспомнишь материно обещание за тебя и пойдешь в чернецы". Это и оказалось конечной целью жизненного пути Флягина, но до того много мытарств и бед он перенес, блуждая в духовных потемках, в которых подспудно шло развитие и духа.

Норма и патология личности. В молодости краткие интенсивные негативные переживания Флягина "гасились" все новыми чудовищными поступками. Длительное негативное переживание начинается в татарском плену тоской по родине, причем по крещеной земле. Несмотря на жен и детей татарских, ему было "не до них": "дела никакого, а тосковал: очень домой в Россию хотелось, <…> степи, словно жизни тягостной, нигде конца не предвидится, и тут глубине тоски дна нет… Зришь сам не знаешь куда, и вдруг пред тобой отколь ни возьмется обозначается монастырь или храм, и вспомнишь крещеную землю и заплачешь". Эти переживания связаны с началом духовного перерождения Флягина. Уже на родине Флягин пытался уйти от безотчетной тоски (вероятно, связанной с пробуждением совести) и в запои ("выходы", как он их именует). Наивны его первые попытки бороться с бесом пьянства с помощью святынь: "И вдруг мне пришла божественная мысль: ведь это, мол, меня бес томит этой страстью, пойду же я его, мерзавца, от себя святыней отгоню! И пошел я к ранней обедне, помолился, вынул за себя часточку и, выходя из церкви, вижу, что на стене Страшный суд нарисован и там в углу дьявола в геенне ангелы цепью бьют. Я остановился, посмотрел и помолился поусерднее святым ангелам, а дьяволу взял да, послюнивши, кулак в морду и сунул". После этого полностью успокоился, да, будучи нетверд в вере, сильно выпив, с помощью "магнетизера" "променял беса пьянства на блудного", влюбившись в цыганку Грушу и бросив к ее ногам все накопленные деньги – все пять тысяч". По мере осмысления жизни более "нормальными" становятся его поступки – т.е. более нравственно выверенными.