Смекни!
smekni.com

Монополии в современной экономике и антимонопольное регулирование (стр. 3 из 7)

- Упрощение процедуры создания новой фирмы;

- Использование налоговых льгот для фирм впервые пришедших на рынок;

- Льготное кредитование малых фирм;

- Субсидирование малых фирм;

- Допуск иностранных компаний на внутренний рынок.

Сложнейшая задача, стоящая перед государственными органами, непосредственно приводящими в жизнь антимонопольное законодательство, заключается в следующем: каковы те экономические критерии, на основании которых устанавливается факт монополизации? Поясним эту проблему постановкой вопросов, которые предстоит каждый раз решать государственным антимонопольным службам: что считать низким (или наоборот, завышенным) уровнем цен? Какой процент (доля) всего отраслевого производства свидетельствует о монополистическом захвате? Какой уровень ограничения выпуска продукции считается искусственным дефицитом?

Всё это непростые вопросы, на которые нельзя во всех случаях дать однозначного ответа. А что, если крупная корпорация добилась низкого продажного уровня цен путем снижения издержек, с помощью более высокого уровня технологии и вообще хозяйственной эффективности? Как отличить «демпинговые» цены, от низких цен, сложившихся в силу высокой эффективности? И вообще, вводя запрет на продажу «по чрезвычайно низким ценам», кого защищает антимонопольное законодательство – конкуренцию или какие-то группы конкурентов?

Государственные службы, призванные осуществлять реализацию антимонопольного законодательства, могут руководствоваться двумя принципами: во-первых, жестко следуя букве закона и, во-вторых, «принципом разумности». Дело в том, что во многих отношениях юридический язык антимонопольных актов (например, закон Шермана) настолько декларативен, что федеральный суд США мог бы подвести под сферу его действия любых двух партнеров, решивших вести совместное дело. Поэтому «принцип разумности» означает, что только неразумное ограничение торговли (соглашения, слияния, разрушение ценностей, то есть искусственный дефицит) попадают под действие акта Шермана.

Все эти проблемы показывают, насколько сложным является практическое воплощение в жизнь антимонопольного законодательства. Государство должно балансировать, проходя по узкой тропинке между опасностью разрушительного монополизма и опасностью ограничения конкуренции (а любое вмешательство государства, даже с целью поддержания конкуренции, сопровождается тем или иным ограничением конкурентных возможностей). Как известно, благими намерениями вымощена дорога в ад. Антимонопольная практика должна действительно поддерживать конкуренцию, а не ограничивать ее, представляя наиболее льготный режим одним группам производителей (потребителей) за счет других.

Для того, что бы установить факт монополизации, антимонопольное регулирование предполагает широкое использование математического инструментария и теоретического аппарата концепций несовершенной конкуренции, разработанных Э. Чемберлином, Дж. Робинсон, В. Парето и другими экономистами. Исполнительные органы власти ведут не только «карательную», но и профилактическую работу по предотвращению монополистических ограничений.

Важно отметить, что антимонопольное законодательство направлено не против крупных корпораций, «большого бизнеса» как такового, так как размер компании еще не дает возможности трактовать ее как монополию. Антимонопольное регулирование направленно против ограничительной деловой практики, подрывающей эффективную конкуренцию. И если использовать принцип сравнения дополнительных издержек и дополнительных выгод, то можно утверждать: неизбежные издержки, которыми сопровождается антимонопольное регулирование, все таки оказываются ниже тех преимуществ, которые приносит сдерживание монополистических тенденций в рыночной экономики.


2. Монополии в России. Российская антимонопольная политика

2.1История возникновения и развития монополии в России

Развитие монополий в России было достаточно своеобразным. Первые монополии образовались в 80-х годах 19 века (Союз рельсовых фабрикантов и др.). Своеобразие развития заключалось в непосредственном вмешательстве государственных органов в создание и деятельность монополий в отраслях, обеспечивавших нужды государственного хозяйства, или имевших особое значение в его системе (металлургия, транспорт, машиностроение, нефтяная и сахарная промышленность). Это привело к раннему возникновению государственно-монополистических тенденций. В 80–90 годах действовало не менее 50 различных союзов и соглашений в промышленности и на водном транспорте.

Монополистическая концентрация происходила и в банковском деле. Ускоряющее воздействие на процесс монополизации оказал иностранный капитал. До начала 20 века роль монополий в экономике была не велика. Решающее воздействие на их развитие оказал экономический кризис 1900–03 гг. Монополии постепенно охватывали важнейшие отрасли промышленности и чаще всего образовывались в виде картелей и синдикатов, в которых был монополизирован сбыт при сохранении их участниками производственной и финансовой самостоятельности. Возникали и объединения трестовского типа (Товарищество «Бр. Нобель», ниточный трест и др.). Отсутствие законодательных и административных норм, регулирующих порядок оформления и деятельности монополий, делало возможным использование против них государством законодательства формально запрещавшего деятельность монополий. Это привело к распространению официально не регистрируемых монополий, часть которых, однако, действовала с согласия и при прямой поддержке правительства («Продпаравоз», военнопромышленные монополии).

Нелегальное положение создавало неудобства (ограничение коммерческой и юридической деятельности) и поэтому они стремились к правовой легализации, используя разрешенные формы промышленных объединений. Многие крупные синдикаты – «Продамет», «Продуголь», «Продвагон», «Кровля», «Медь», «Проволока», РОСТ и др. – по форме были акционерными предприятиями, действительные цели и деятельность которых определялись особыми негласными контрагентскими договорами. Нередко одни и те же предприятия участвовали одновременно в нескольких соглашениях. В период промышленного подъема (1910–14 гг.) происходил дальнейший рост монополий. Число торговых и промышленных картелей и синдикатов составило 150–200. Несколько десятков их было на транспорте. В банковские монополии превратились многие крупнейшие банки, проникновение которых в промышленность, наряду с процессами концентрации и комбинирования производства, способствовало укреплению и развитию трестов, концернов и т.п. (Русская нефтяная генеральная корпорация, «Треугольник», «Коломна-Сормово», «Россуд-Новаль», военнопромышленная группа Русско-Азиатского банка и др.). Уровень концентрации сбыта и производства монополий был очень неравномерен. В одних отраслях народного хозяйства (металлургия, транспорт, машиностроение, нефте- и угледобыча, сахарное производство) монополии концентрировали основную часть производства и сбыта и почти безраздельно господствовали на рынке, в других (металлообработка, легкая и пищевая промышленность) – уровень монополизации был невысок.

В годы первой мировой войны 1914–18 гг. прекратилась деятельность ряда локальных монополий, но в целом война увеличила число монополий и их мощь. Возникли крупнейшие концерны Второва, Путилова-Стахеева, Батолина, бр. Рябушинских. Особенно развивались монополии связанные с военным производством. Российский монополистический капитализм существовал на основе сращивания монополий с государственными органами (металлургический комбинат, Джутовый синдикат и др.), а также в форме «принудительных объединений» по инициативе и при участии правительства (организации Ванкова, Ипатьева, Киевская организация производства колючей проволоки и др.). Монополии были ликвидированы в результате Октябрьской революции в ходе национализации промышленности и банков. Советское государство частично использовало учетные и распределительные органы монополий при создании органов управления народным хозяйством. При переходе России к рынку вновь возникли монополии и проблемы связанные с ними.

Рынок вновь возник весной 1921 г. Проводимая советской властью новая экономическая политика создала благоприятные условия для возрождения товарного производства и денежного обращения.

В период новой экономической политики мелкие собственники и капиталистические предприниматели получили определенную свободу производить и продавать товарную продукцию. Сложился свободный конкурентный рынок. Начался быстрый рост промышленности и сельского хозяйства. Но с начала 30-х годов и на десятилетия государство установило абсолютную монополию, которая опиралась на всеохватывающую рыночную власть. Оно сосредоточило в своих руках производство и продажу основной массы товаров и услуг, закупало подавляющую часть сырьевой продукции у сельскохозяйственных кооперативов. Свободное предпринимательство было запрещено, а рыночная конкуренция была заменена социалистическим соревнованием.

Централизованно установленные цены на все виды товаров и услуг неспособны обеспечить равновесное соотношение предложения и спроса. При этом не учитываются должным образом производственные затраты на изготовление товаров и покупательский спрос. В итоге покупательский спрос обгонял предложение, что усиливало товарный дефицит. Полное игнорирование рыночных законов приводило к расстройству товарно-денежного обращения, к непреодолимым противоречиям между государственным производством товаров и услуг, с одной стороны, и народным потреблением, с другой.

Большой ущерб стране наносило несоответствие между запланированными пониженными ценами на средства производства и гораздо более высокими ценами на эту продукцию на мировом рынке. Продажа непомерно удешевленных ресурсов приводила к их неэкономному использованию внутри страны и к невыгодным сделкам с иностранными покупателями.