Смекни!
smekni.com

Приватизация в России (стр. 4 из 12)

С середины 1990 г. в ходе разработки правительственной и альтернативных программ перехода к рыночной экономике дискуссия о приватизации перешла в более практическую плоскость: обсуждалась уже не сама правомерность этого процесса, а наиболее эффективные и социально приемлемые методы его осуществления. На практике же именно середина 1990 г. – та точка отсчета, с которой главным вопросом приватизации стал вопрос о том, в чьих интересах она будет осуществляться.

Дискуссии осени 1990 г. выявили устойчивое деление: политики и экономисты советской школы выступали за раздачу госсобственности, видя в ней демократическое решение проблемы приватизации, те же, кто ориентировался на западную практику, отстаивали идеи быстрой корпоратизации с последующей постепенной продажей. Достаточно влиятельным, хотя в основном в завуалированной форме, оставалось и наиболее консервативное крыло советской школы, выступающее за идеалы «социалистического выбора».

Новый импульс развитию теоретических дискуссий придала интенсивная разработка с начала 1991 г. законодательства по приватизации на общесоюзном и республиканском уровнях. Пик обсуждений пришелся на весну – начало лета 1991 г. – время непосредственно перед принятием приватизационных законов союзным и российским парламентами. В этот период, если оставить в стороне взгляды тех, кто безоговорочно отрицал необходимость кардинальной трансформации государственной собственности, четко выявились три основных подхода к осуществлению приватизации:

1. создание коллективных («народных») предприятий как с неделимой, так и с коллективно-долевой (индивидуализированной) формами собственности;

2. акционирование и открытая продажа акций государственных предприятий;

3. бесплатная раздача государственной собственности всему населению посредством различных вариантов системы ваучеров в духе восточноевропейских концепций.

Создание коллективных народных предприятий

Сторонники этого подхода (В. Черковец, А. Бойко, В. Тарасов, Е. Ясин, Т. Попова и др.) предлагали безвозмездно или на основе льготного выкупа передать государственные предприятия в собственность (или только распоряжение) трудовым коллективам. Это позволяло, по их мнению, наиболее простым и безболезненным путем перейти к рыночным отношениям, субъектами которых станут трудовые коллективы самоуправляющихся предприятий. Среди преимуществ такого подхода в первую очередь называли его идеологическую приемлемость и привлекательность для широких слоев трудящихся, а также возможность быстро повысить эффективность производства, поскольку работники-собственники непосредственно заинтересованы в улучшении результатов деятельности своего предприятия.

Но именно эти моменты подверглись и наиболее убедительной критике со стороны противников коллективной собственности (П. Бунич, С. Глазьев, А. Зайченко и др.). Наибольшие сомнения вызывает тезис об экономической эффективности, базирующейся на заинтересованности работника-собственника в результатах деятельности своего предприятия. В действительности работник-собственник, прежде всего, заинтересован в максимизации своего текущего дохода. Существует, следовательно, реальная угроза того, что коллективные предприятия будут стремиться неоправданно большую долю дохода направлять на оплату труда в ущерб интересам долгосрочного развития. Иными словами, они вряд ли смогут принимать эффективные решения в области инвестиционной политики, идти на необходимый хозяйственный риск, обеспечивать интенсивное использование трудовых ресурсов и ликвидировать избыточную занятость. Кроме того, процесс принятия решений в больших коллективах в принципе сопряжен с огромными трудностями. Чаще всего, несмотря на формальное равноправие, решения принимаются достаточно узкой группой людей либо же трудовой коллектив легко подвергается давлению извне.

Эти опасения полностью подтверждаются не только опытом югославских «народных предприятий», но и данными о сравнительной эффективности частных и коллективных самоуправляющихся фирм в странах с развитой рыночной экономикой. Последние в среднем характеризуются худшими экономическими показателями, играют весьма незначительную роль в общенациональном производстве и рассматриваются скорее как средство борьбы с безработицей, своеобразный социальный стабилизатор, чем как способ повышения эффективности производства.

Следует отметить, что сторонники этого подхода резко различались по своему мировоззрению. Достаточно упомянуть, что к ним относились и члены депутатской группы «Коммунисты России», и один из авторов программы «500 дней» – Е. Ясин. Иными словами, эту концепцию разделяли как «фундаменталисты», ориентирующиеся на коммунистические ценности или «общество народного самоуправления» и стремящиеся не допустить кардинальных преобразований отношений собственности, так и умеренные реформаторы, выступающие за наиболее безболезненный и социально приемлемый переход к рынку.

Различия между этими двумя группами заключалось в вопросе о характере коллективной собственности. В принципе существует два варианта передачи предприятий трудовым коллективам – в неделимую и в коллективно-долевую собственность. Первый вариант, на котором настаивали «фундаменталисты» в партийных и хозяйственных структурах, фактически предполагал создание «колхозов» в промышленности, что предоставляло бюрократии вполне реальную возможность сохранить свое привилегированное положение. Умеренные же реформаторы придерживались идеи создания коллективных предприятий с долевой, персонифицированной собственностью как неизбежного и закономерного процесса, поскольку он опирается на инициативу трудовых коллективов и позволяет сравнительно быстро вывести предприятия из прямого государственного подчинения.

Акционирование и продажа государственных предприятий

Не соглашаясь с приведенными выше аргументами сторонников коллективных предприятий, ряд экономистов предлагали пойти общепринятым в мире путем и распродать государственную собственность непосредственно в частные руки. Небольшие предприятия предлагалось продавать на основе конкурсов или аукционов, крупные и средние – трансформировать в акционерные общества и затем по мере формирования вторичного рынка ценных бумаг постепенно продавать акции институциональным и частным инвесторам.

Одним из основных достоинств продажи государственной собственности ее сторонники полагали возможность связать «горячие деньги», стабилизировать финансовое положение страны, а также направить полученные средства на создание системы социальной защиты нуждающихся слоев населения. Необходимость продажи мотивировалась еще и тем, что только выкупленная, а не полученная даром собственность будет использоваться действительно эффективно.

Идеи продажи государственной собственности разделяли как радикальные рыночники, так и прагматично, а иногда и достаточно консервативно настроенные экономисты, близкие к правительственным кругам. Если первые исходили из того, что продажа государственной собственности в частные руки является наиболее прямым путем к полноценному рынку, то вторые гораздо больший акцент делали на возможности получить дополнительные средства в бюджет, которые потом можно использовать не столько на социальные программы и оздоровление финансов, сколько на поддержание убыточных предприятий и ВПК.

Существенна разница и в подходе к акционированию государственных предприятий. Так, В. Селюнин, Б. Алехин, С. Глазьев выступали за обязательную продажу всех или значительной доли акций частным лицам и независимым от государства институциональным инвесторам. За полноценное, хотя и постепенное, базирующееся на индивидуальных проектах акционирование выступали Г. Явлинский и Л. Григорьев, выдвинувшие эти предложения в программе «500 дней». В рекомендациях же правительственных специалистов (Т. Попова, Г. Меликьян, С. Ассекритов) акционирование носило во многом формальный характер, поскольку предполагало массовое создание закрытых акционерных обществ с продажей незначительной доли акций (порядка 10%) трудовым коллективам соответствующих предприятий. Последний способ со всей очевидностью означал не что иное, как мимикрию господствующих бюрократических структур.

Бесплатная раздача собственности всему населению

Сторонники бесплатной раздачи государственной собственности всему населению (Л. Пияшева, П. Бунич, Г. Попов, О. Богомолов, В. Рутгайзер, П. Филиппов, М. Малей) считали, что оба рассмотренных выше метода приватизации непригодны прежде всего потому, что не отвечают критериям социальной справедливости. Раз в Советском Союзе декларирована общенародная собственность, то и распределяться она должна между всеми гражданами. При этом нередко ссылаются на авторитет Милтона Фридмана, еще в начале 80-х годов предложившего осуществить приватизацию государственных корпораций путем раздачи их акций всему населению страны. Большое влияние на советских экономистов оказало также активное обсуждение, а затем и законодательное закрепление принципа бесплатной раздачи государственной собственности в Чехословакии, Польше и Румынии.

На практике безвозмездное распределение собственности предлагалось осуществить посредством выдачи всем членам общества специальных платежных средств, которые затем должны быть использованы на покупку акций приватизируемых предприятий и другого государственного имущества. Функции специальных платежных средств должны были выполнять инвестиционные или приватизационные чеки (Л. Пияшева, П. Филиппов), боны (А. Нуйкин), облигации (В. Рутгайзер) либо сертификаты (О. Богомолов). Высказывалось и предложение открыть специальные инвестиционные (приватизационные) счета. Однако разница здесь, по сути дела, лишь в названии. Сам механизм распределения собственности, предлагаемый в различных схемах, в принципе одинаков. Размер средств, приходящихся на одного человека, определялся путем простого деления стоимости подлежащего разделу государственного имущества на общую численность населения (или только его взрослую часть).