Смекни!
smekni.com

Анализ эволюции политико-религиозных отношений в Турции (стр. 1 из 10)

Содержание

Введение

Глава 1. Традиционалистско-мусульманская парадигма развития политико-религиозных отношений

§1. Ислам как фундаментальная основа Оттоманской империи (1517-1871 гг.)

§2. Формирование панисламизма двух типов [Официально-реакционного, "абдулхамидовского"; и младотурецкого] (1871-1918 гг.)

Глава 2. Республиканская [западноевропейская] парадигма развития политико-религиозных отношений (1920 – 2001 гг.)

§1. Эпоха кемалистского лаицизма (1920-1938 гг.)

§2. Волны политико-религиозного развития Турции во второй половине XX в. (1950-2001 гг.)

Глава 3 – Копенгагенская [умеренно-исламистская] парадигма развития политико-религиозных отношений в Турции (2001-2009 гг.)

§1. Турецкий исламизм в начале третьего тысячелетия

§2. "Умеренный" ислам – компромисс между кемалистами и исламистами?

Заключение

Список основных сокращений

Список использованных источников и литературы

Приложения


Введение

Ислам является мировой религией, а к началу XXI в. ни одна из мировых религий не имеет такого влияния на политику, как Ислам, особенно на Ближнем и Среднем Востоке, что обуславливается тем, что ислам "ещё при жизни своего основателя и был государством, и отождествление религии и правления навсегда отпечаталась в памяти… верующих". В XXI в. важность понимания цивилизационной сущности ислама высока в свете межцивилизационного непонимания и уже происходящего "столкновения цивилизаций".

Огромный интерес в этой связи вызывает мусульманская Турция, буферное государство, разделяющее Европу и Азию. Именно это "соседство" и определило особый вектор цивилизационного развития как этой страны, объединяющей в себе как традиционные мусульманские, так и западные ценности. Турция продолжает быть единственной мусульманской страной, где религия официально отделена от государства, кроме того, на данном историческом этапе Турция – единственное государство, где проводится эксперимент так называемого "демократического" варианта ислама.

В силу вышеуказанных причин важно понять корни этого явления, его перспективы и перспективы распространения умеренного исламизма на другие страны мусульманской цивилизации.

Объектом исследования являются политико-конфессиональные отношения. Предмет исследования – эволюция ислама в Турции.

Хронологические рамки исследования включают период с 1517 по 2009 гг. Нижняя граница – принятие падишахом Селимом I титула халифа всех мусульман. Верхняя граница обусловлена тем фактом, что эволюция политико-религиозных отношений продолжается на основе умеренного варианта исламизма.

Цель исследования – анализ эволюции политико-религиозных отношений в Турции на протяжении выделенного периода. Для реализации данной цели необходимо выполнить следующие задачи:

(1) Определить периодизацию парадигм развития политико-религиозных отношений

(2) Определить тенденции и тренды каждого периода

(3) Определить причины смен парадигм

Историография темы делится на три части. Во-первых, это работы наиболее прогрессивных западных исследователей. Стоит выделить три работы – С. Хантингтона, Ф.Кардини и Б. Луиса. Хантингтон рассматривает Турцию как феномен мусульманской цивилизации, отмечая, что цивилизационные эксперименты привели к тому, что Турция оказалась "оторванной страной". Важным достижением Луиса является рассмотрение ислама без отрыва данной религии от политики, чем злоупотребляют западные, советские и современно-российские исследователи. Достоинства монографии Кардини – в детальном исследовании первого "контакта" Турции с европейцами.

Второй пласт историографии – работы советских исследователей. Это наиболее тенденциозная часть историографии. Изучение ислама отходит в них на последний план, его роль в общественной и политической жизни начиная с середины XIX в. постепенно нивелируется; всё сводится лишь к "личным" интересам партии – национально-освободительному движению в конце XIX в., чему посвящено большинство исследований. Смена цивилизационной парадигмы в 1920-х гг. объясняется советскими историками с точки зрения марксизма, когда на первый план выходит социально-экономическая подоплёка.

Работы советских учёных, посвящённые второй половине XX в. прямо заявляют о своей главной цели: определить степень угрозы исламизма для коммунизма, причём в росте исламизма в Турции обвинялись, прежде всего, США и НАТО. Данная тенденция существует в статьях Л.Г. Куртыновой и И.Л. Фадеевой, И.И. Ивановой.

В советской части историографии стоит выделить, на наш взгляд, несколько наиболее удачных примеров – статьи Р.П. Кондакчян и монографии крупнейшего советского исследователя истории Османской империи – Ю.А. Петросяна. В числе минусов этих работ – вышеупомянутая тенденциозность, в числе явных плюсов – краткие обзоры эволюции политико-религиозных отношений на протяжении всей истории турецкой государственности. Также удачным образцом является обзорная монография Ю.И. Рустамова, посвящённая влиянию ислама на общественную мысль в Турции в XX в. Достаточно подробно анализируется и эволюция влияния на общественную мысль до XX в.

Важен и очерк чехословацкого историка Зденки Весела, который анализирует противостояние исламистов и секуляристов перед военным переворотом 1980 г. и после него. Одним из первых советских историков Весела "смотрит" на исламизацию Турции не с точки зрения опасности коммунистическому режиму, а с точки зрения внутренних причин явления.

В общем и целом пласт советской историографии составляет обширную базу фактов, которые использовались при подготовке данной работы, в том числе статистических данных, данных о малоизвестных массам событиях.

Наконец, третья группа историографии – современно-российские исследования. Стоит выделить несколько наиболее удачных и важных исследований. Во-первых, это статьи крупного исследователя современного ислама в Турции – Н.Г. Киреева. На данное время он единственный употребляет термин "мягкий" ислам, являющийся достаточно распространённым у западных и турецких исследователей, тогда как для российских характерно либо наименования "умеренный" и "демократический" ислам, либо отсутствие всякого упоминания о смене политического курса ислама. В статьях Киреева приводится достаточно богатый фактический материал, а также материал аналитического характера.

С точки зрения накопления фактического материала важными являются статьи Б.М. Ягудина и Б.М. Поцхверии. Интересен и обновлённый постсоветский взгляд на фигуру Ататюрка и его секуляристскую деятельность Ю.Н. Розалиева, в котором личность Кемаля избавлена от типично советского идеологического пафоса.

Также стоит выделить исследования и сообщения А. Корицкого, постоянного корреспондента журнала "Азия и Африка сегодня" в Турции. Ряд его статей посвящён политической ситуации в Турции в последние годы. Достоинством статей является богатейшая база фактов, а также ссылки на внутритурецкое видение проблемы.

Тем не менее, в "рейтинге популярности" тем исследований в современной российской историографии исламизм уступает целому ряду работ, посвящённых проблеме интеграции Турции в ЕС, которая, по всей видимости, представляется российским историкам более актуальной в силу геополитических причин.

В целом, стоит выделить следующее:

(1) Высокий уровень тенденциозности работ: западные и современно-российские рассматривают ислам и исламизм прежде всего с точки зрения геополитической и цивилизационной опасности; советские – с точки зрения опасности коммунистическому режиму.

(2) Отсутствие обзорных трудов, анализирующих эволюцию политико-религиозных отношений на протяжении всей истории турецкой государственности.

(3) Для советской и современно-российской историографии характерно использование типично европоцентристских пониманий характера ислама и взаимоотношений ислама и политики.

Этим и определяется научная актуальность данной работы.

Источниковую базу исследования составляют источники следующих типов:

(1) Материалы периодической печати и сети интернет

(2) Нормативно-правовые акты

(3) Политические программы

Наибольший пласт источников составили материалы периодической печати, имеющие вспомогательную роль в анализе современной ситуации в данной проблеме. Это материалы англоязычных сайтов турецких газет [MilliyetTurkishDailyNews, Sabah], а также сообщения русско- и англоязычных информационных агентств [BBC, РИА Новости] и новостные материалы русскоязычных газет [Известия, Коммерсант, Независимая газета, Новая газета] и ряда новостных и аналитических порталов сети интернет [Институт религии и политики, Lenta, Strana, Inopressa, Gazeta].

Данный вид источников датируется последним десятилетием и являет собой немалую важность с точки зрения обратной связи между политикой правительства [курс на умеренный исламизм], деятельностью оппозиции и так называемой "четвёртой властью" - СМИ. При этом не стоит переоценивать значение прессе как источника в силу нижеизложенных причин:

(1) Крайний субъективизм турецкой прессы ввиду того, что подавляющая масса прессы проправительственного характера, а единственная оппозиционная газета не имеет англоязычной версии сайта [Джумхуриет; редактор этой газеты, Мустафа Балбай был арестован в 2008 г. в числе заговорщиков]

(2) Русско- и англоязычная пресса отличается изрядной долей переведённого материала, отсутствием [почти полным] собственных корреспондентов и естественной тенденциозностью в обозрении и оценках внутренней политики сквозь призму политики внешней.

Одним из важнейших источников стала конституция Турции 1982 г. Исторические условия создания данного источника:

(1) Экономический, политический и социальный циклический кризис конца 70-х гг. XX в.

(2) Военный переворот 1980 г.

(3) Кризис турецкого конституционализма [1950-1980 гг.]