Смекни!
smekni.com

Французское просвещение о государстве и праве (стр. 7 из 9)

Влияние идей Руссо, как теоретическое, так и практическое, очень велико. Якобинцы считали его своим учителем и оправдывали свою диктатуру учением Руссо о народном суверенитете и общей воле. Он перекинул мостки от просветительства с его верой в философов на троне или с компромиссно-либеральной программой, как у Монтескье, к революции, к массовым действиям, к свержению тирании посредством народного восстания. В то время как просветители, радея о народе, думали о своего рода опеке над ним и чрезвычайно скептически относились к его интеллектуальным и политическим возможностям, Руссо не только провозгласил суверенитет народа на основе полного равенства, но и призвал к открытому сопротивлению тирании. Правда, реальные последствия учения Руссо (якобинство) едва ли соответствовали его намерениям. Сам он не был человеком действия и, может быть, вовсе не помышлял об осуществлении своих идей.

Наряду с концепцией народного суверенитета важный вклад Руссо в политическую теорию — постановка социального вопроса, требование социального, а не только юридического равенства. В этом вопросе Руссо шел не в ногу с просветителями и со временем. Близилась эпоха торжества капитализма. Разрабатывались принципы экономического либерализма. А Руссо выступил с явно антикапиталистических позиций. Он призывал к уравнению собственности и к использованию в этих целях авторитета государства и законов. Возможно, Руссо не следует относить к социалистической школе в строгом смысле слова. Он не отрицал частной собственности. Его идеал — эгалитаризм, стремление к имущественному уравнению, к ликвидации контрастов между бедностью и богатством. Тем не менее многие социалистические теории выросли из представлений Руссо о собственности как основе неравенства и конфликтов. Мысли о государстве как обмане, который богатые навязали бедным, хотя и имели предшественника в лице Т Мора, для современников Руссо во многом явились открытием. Руссо выразил в своих сочинениях чаяния тружеников, крестьян и ремесленников, стремившихся к самостоятельности, равенству и реальному участию в управлении общественными делами. Его идеи во многом предвосхищают Маркса.

От большинства просветителей его отличала не только постановка социального вопроса, но и ностальгические нотки возврата к природе, отказа от излишеств и искусственности состоятельной городской жизни, сильно развитое религиозное чувство. Руссо не был противником материального прогресса, он не призывал вернуться к дикости, но он явно предпочитал скромную трудовую жизнь в общении с природой зарождавшейся индустриальной цивилизации. Руссо предугадывал проблемы, которые эта цивилизация поставит перед человечеством. Названные особенности не помешали Руссо разделять с большинством своих современников общий умозрительный подход к политической теории. Историзм, пожалуй, свойствен ему в значительно меньшей степени, чем Монтескье.

Наконец, еще один важнейший аспект наследия Руссо — приоритет, который он явно отдает интересам целого над правами человека, над личностью. Здесь Руссо развивает платоновскую государственническую традицию, а его непосредственными предшественниками явились Гоббс, многократно и одобрительно им цитируемый, и в меньшей степени Б. Спиноза. От Руссо эстафета абсолютизации общей воли переходит к якобинцам и к Марксу в революционном варианте, и к Гегелю в консервативном варианте.

Новаторство ряда идей, противоречивое, но мощное влияние на последующие теории в сочетании с блестящей, темпераментной формой изложения сделали Руссо одним из крупнейших представителей мировой политической мысли.


3. Развитие прогрессивных политико-правовых идей Вольтера

Общепризнанным лидером французского Просвещения был выдающийся писатель и философ Вольтер (псевдоним, настоящее имя — Франсуа Мари Аруэ, 1694—1778). В историю общественной мысли он вошел как страстный обличитель католической церкви, религиозного фанатизма и мракобесия.

Мировоззрение Вольтера окончательно сложилось в Англии, где он несколько лет провел в изгнании. По возвращении на родину им были написаны "Философские письма" (первоначальное название — "Письма об англичанах"), стяжавшие ему европейскую известность. В "Письмах" он пропагандировал передовые английские учения (Дж. Локка и др.), а также либеральные порядки и государственное устройство Англии. "Философские письма" явились, по сути дела, первым наброском программы французского Просвещения. Содержащиеся в них положения впоследствии были развиты и конкретизированы мыслителем в исторических и философских трудах, произведениях художественной литературы и в многочисленных памфлетах.

Вольтер был сторонником философии деизма. "Христианство и разум не могут существовать одновременно", — писал Вольтер. Просвещенные люди не нуждаются в христианских откровениях. Веру в карающего бога необходимо сохранить лишь для того, чтобы внушать непросвещенным ("черни", а равно неразумным правителям) нравственный образ поведения. Отсюда — известное изречение Вольтера: "Если бы бога не было, то его нужно было бы выдумать"[18].

Усвоив принципы деизма, разработанные английской философией, Вольтер превратил это учение в орудие непримиримой борьбы с католической реакцией. Против католической церкви Вольтер выдвинул лозунг: "Раздавите гадину!".

Критику феодальных порядков Вольтер проводил с позиций рационализма. Согласно взглядам философа на смену деспотическому правлению придет царство разума и свободы, в котором каждому человеку будут предоставлены естественные права — право на личную неприкосновенность, право частной собственности, свобода печати, свобода совести и др. Под свободой Вольтер понимал устранение феодальных пережитков, сковывающих творческую инициативу человека, его частнопредпринимательскую деятельность. Вольтер сводил свободу к независимости граждан от произвола: "Свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов"[19].

Намеченная Вольтером программа ликвидации крепостного права предусматривала освобождение крепостных, принадлежащих церкви и государству. Что же касается помещичьих крестьян, то их следовало, по мнению Вольтера, освобождать лишь с согласия владельца и притом за выкуп. В этой части учения, как ни в какой другой, проявилось стремление мыслителя учесть интересы дворянства.

Политическую организацию будущего "царства разума" Вольтер не стремился определить во всех подробностях. Он сосредоточил свое внимание на пропаганде идей законности и либеральных методов осуществления власти, предоставляя другим просветителям разработку проектов идеального устройства государства. Вполне ясно ему было одно — управлять государством должны только собственники. Признавая естественное равенство ("мы все в равной степени люди"), Вольтер решительно отвергал как социальное, так и политическое равенство. "В нашем несчастном мире не может быть, чтобы люди, живя в обществе, не разделились бы на два класса: один класс богатых, которые приказывают, другой — бедных, которые служат".

Теоретически он отдавал предпочтение республике, но считал, что она мало применима на практике. Образцом государственной организации своего времени Вольтер называл парламентские учреждения в Англии. Политический идеал Вольтера, особенно в последних работах, приближался к идее разделения властей.

Грядущие преобразования в обществе философ связывал с развитием знаний и подъемом культуры, которые, по его мнению, приведут к тому, что правителями будет осознана необходимость реформ. Стремясь направить государей на путь истины, он предпринял поездку к Фридриху Прусскому и вступил в переписку с Екатериной II.

Отношение Вольтера к революции было типичным для французских просветителей XVIII в. Оправдание предшествующих революций (например, казни английского короля Карла I), мечты о свержении тиранов у просветителей сочетались с рассуждениями о нежелательности кровопролития, о пагубных последствиях гражданской войны и т.п. В идеологии предпринимательских кругов к этим соображениям прибавляется страх перед выступлениями трудящихся масс. "Когда чернь примется философствовать, — утверждал Вольтер, — все погибло"[20]. Просветители возлагали надежды на постепенные реформы сверху.

Историческое место Вольтера как мыслителя определяется тем, что он наметил программу французского Просвещения, поставил ряд фундаментальных методологических проблем и заложил основы просветительской критики религии. Социальные идеи Вольтера соответствовали интересам торгово-промышленной верхушки французского общества. По своему объективному значению его идеи имели революционный характер: они нацеливали прогрессивные силы общества на упразднение феодальных порядков и ниспровержение абсолютизма.