Мир Знаний

Всемирный банк 3 (стр. 4 из 5)

В соответствии с соглашениями, заключенными между ООН и специализированными учреждениями, последние имеют право быть представленными на заседаниях ЭКОСОС и его комитетов, участвовать через своих представителей в обсуждении интересующих их вопросов и вносить по таким вопросам предложения, которые могут быть поставлены на голосование по требованию любого члена Совета или соответствующего комитета107.

Взаимоотношения Всемирного банка с Украиной

В 1996 г. Всемирный банк бросил все силы на работу с Украиной, превратив ее в своеобразный испытательный полигон западной инициативы. В Украине мгновенно появились десанты "структурных займов", бесчисленных специалистов, советников; замелькали семинары, конференции, обмены опытом, телевизионные и газетные интервью и т.п.

В соответствии со своим уставом банк должен финансировать конкретные проекты в интересах заказчика. Однако в своей деятельности в Украине он проводит нужную ему политику, а в большинстве случаев финансово обусловливает нужную ему ориентацию страны. В денежном выражении более 70% от общей суммы займов банка России, Украине, другим странам СНГ идет на
"структурные займы" т.е. фактически на изменение или формирование той или иной линии национального правительства в социальной, экономической, политической областях, на проведение в жизнь планов банка относительно будущего всего региона СНГ. Определенные категории "чистых" структурных займов выдаются правительствам просто за выполнение требуемого банком политического, внешне- или внутриэкономического курса. В ООН такие займы окрестили "карманными".

Иначе говоря, как свидетельствует практика, довольно часто структурные займы — это гибкий и чрезвычайно эффективный инструмент контроля над правительствами пост коммунистических стран.

Оставшиеся 30 процентов направленных на регион денег идут на конкретные займы — на налаживание городской инфраструктуры, промышленности, сельского хозяйства. Идя или не идя навстречу подобным запросам, банк руководствуется не истинными нуждами страны, а своей моделью ее развития, в абсолютном большинстве случаев не соответствующей интересам заказчиков. Соглашаясь помочь по конкретному запросу, банк, как правило, ставит условие — он должен обладать правом возможной корректировки. Это позволяет создать необходимый психологический климат для успешного развертывания стратегии банка. В начале работы над заказом банк присылает "бесплатных" консультантов, которые оплачиваются грантами, выдаваемыми богатыми странами. Заказчики — министерства, ведомства — поначалу охотно избавляются от организационно-финансового бремени, не открывающем перспективы личного обогащения, что соответствует латентной цели советской бюрократической традиции и ее современным носителям. Ведь иностранные специалисты работают бесплатно, планируя политику проекта и закладывая условия займа денег. По получении готового проектного задания постсоветский клиент, как правило, разочарован, так как ему предлагается гораздо меньше денег, и что еще важнее, совсем не на то, на что ему надо. Вместо ожидаемых кредитов на развитие он получает еще новых консультантов и адвокатов, но уже платных, которые предрекают полный крах, если клиент не закупит необходимые ему оборудование, детали, услуги на Западе, если не привлечет иностранных специалистов и иностранные компании для руководства отраслями, подчиненными клиентами.

Привлекаемые же компании не только не приносят с собой инвестиций, но наоборот, требуют твердой оплаты своих услуг. С помощью адвокатов, работающих над "переделкой" законодательства в Украине, не граждане страны, не потребители, а такие компании получают и оговоренную в законе неприкосновенность своей реформаторской и управленческой деятельности.

Проследим такую деятельность банка на нескольких примерах. Формально правительство страны, администрация отдельного города или предприятия бедной страны ("заказчик") обращается к банку за помощью в каком-то конкретном деле. Например, речь идет о замене трамвайного парка в одном городе, ремонте метро в другом, наладке коммуникаций в третьем. Банк соглашается помочь, но при этом выдвигает условия, по которым поставка оборудования, обеспечение технической, законодательной экспертизы должны непременно осуществляться странами — основными донорами, чтобы компенсировать вклады этих стран в банк.

Для банка неважно, что вагоны метро или трамвая были изготовлены в
Украине или в СНГ, и, обращаясь за помощью, заказчик как раз имел в виду приобретение недостающих недорогих деталей по месту изготовления. Вместо этого банк навязывает импорт таких деталей, а тем временем отечественный трамвайный или метростроительный завод останавливается. Банк остается верен себе, не предпринимая решительно никаких усилий для восстановления экономики страны-заемщика; зато неизменно, от ссуды к ссуде, сфера сбыта богатой страны-донора увеличивается.

Последняя инициатива банка - приватизация муниципальных служб, в частности водоканалов, с тем, чтобы отдать их в руки нескольких американских, французских и английских частных компаний. Хотя любой учебник по экономике, изданный на Западе, признает большинство муниципальных служб, и в особенности водоканалы, естественными монополиями и требует развитого законодательства для государственного урегулирования их деятельности.
Поэтому, например, в США, Германии подобные службы остаются государственными. В Украине же имеется минимальная законодательная база для экспериментирования с монополиями, однако банк все же упорно проводит свою политику приватизации. Стоимость бытовых услуг при этом существенно возрастает.

Конечная цель подобного рода займов в Украине — передача водоканалов в руки иностранных компаний на совершенно надуманных основаниях: "слабые технические знания инженеров, отсутствие эксплуатационного опыта и умения развить конкурентоспособную промышленность в бытовой сфере, нехватка квалифицированных инженеров, техников, ученых. Таким образом создается рынок сбыта для изготовленного за рубежом оборудования и увеличивается объем сопутствующих услуг иностранных инженеров и адвокатов; создается уникальный прецедент зависимости и администрации городов и их жителей от прихотей зарубежного монополиста.

Банк, в случае "последовательного" осуществления предложенного проекта, как правило, гарантирует чудодейственный подъем в любой области. Например, предлагается изжившая себя модель здравоохранения США с выкупом и превращением больниц в прибыльные финансовые учреждения для усовершенствования системы здравоохранения в странах — клиентах банка.
Одновременно банк добивается и пересмотра системы начального, среднего и высшего образования в Украине. Несмотря на то, что американские школы и большинство университетов дорогостоящи и эффективны только в условиях экономики США, сугубо коммерческий американский образец будет насаждаться в
Украине и других странах СНГ, подрывая систему все еще доступного для большинства и пока еще качественного, по крайней мере, в естественной и технической сфере, образования.

Несомненно, займы последнего времени на сокращение производства угля в
Украине направлены на то, чтобы прекратить доступ на западные рынки дешевого металла из Восточной Европы и стран СНГ. Под предлогом помощи предлагаются огромные займы на свертывание производства угля, таким образом металлургическая промышленность лишается сырья и возможности развивать производство.

Казалось бы, целесообразно включить в широкомасштабную угольную программу, прежде всего, техническую помощь по оснащению металлургического производства конверторами, не требующими угля для выплавки металла. Однако по вышеупомянутым причинам программа этого не предусматривает.

Примечательно, что это уже не первая попытка банка относительно ликвидации металлургической промышленности в Украине. Предыдущие попытки предпринимались под экологическими лозунгами. В ряде городов юго-восточной
Украины банк начал устанавливать системы оповещения, которые должны были автоматически останавливать металлургические заводы до тех пор, пока воздух не очистится. Реализация такой "стратегии", вне сомнения, привела бы к неминуемому вымиранию не только промышленности, но и самих городов, всецело от нее зависящих.

Общеизвестные экономические выводы экологической теории состоят в том, что только стабильно работающие, богатые предприятия могут платить за эффективную охрану природы. Вот бы и помочь им наладить их работу, но таких предложений ни от Всемирного банка, ни от Европейского банка реконструкции и развития не поступало. Зато в процессе природоохранной работы иностранные инженеры-экологи обосновали необходимость закрытия сталеплавильных производств с тем, чтобы предоставить покупателю возможность приобрести их по минимальной цене. По той же причине банк стремится интенсивно влиять на руководителей министерств и ведомств Украины, чтобы навязать ссуду на предупреждение выделения в атмосферу вредных веществ под предлогом борьбы против гипотетической возможности изменения климата.

Ярким примером того, как реализуются выгодные для основных доноров банка решения, является предоставление Украине в 1996 г. кредита на развитие предприятий. Этот кредит обставлен рядом условий, не только весьма отдаленно связанных с задачей структурной перестройки предприятий, но и серьезно искажающих правила цивилизованной конкуренции на внутреннем рынке страны. Этого прежде всего хотят добиться путем отмены процедуры обязательной сертификации качества импортных товаров, чтобы устранить все препятствия для широкого проникновения на рынок низкокачественной продукции из-за рубежа, что может окончательно уничтожить национального производителя.