Мир Знаний

Оперативно -разысканная деятельность и ее изучение (стр. 3 из 4)

Четвертый или последний этап в советской истории (середина 70-х годов – август 1991 года.) – это период стабилизации правового регулирования ОРД и, одновременно, время подготовки «революционных» изменений ее правовой регламентации.

Субъектами, осуществляющих ОРД, являлись органы внутренних дел и безопасности (последовательно КГБ при Совете Министров СССР, КГБ СССР и межреспубликанская служба безопасности).

После создания в середине 70-х годов «фундаментальных правовых основ агентурной работы» ее правила существенно не менялись на протяжении более чем десятилетия (во всяком случае, в органах безопасности), хотя объективная необходимость в этом имелась.

Застойные тенденции в правовом регулировании ОРД фиксировались на уровне ведомств, но далее этого, как свидетельствует история, дело почти не двигалось. Отдельные просчеты, имевшие место в оперативной работе, стали перерастать в нечто большее.

Особенности правового регулирования ОРД на данном этапе:

· отсутствие современных изменений в основных правовых положениях;

· продолжающаяся ведомственная разобщенность нормативно-правовой регламентации единой сыскной работы;

· обилие внутриведомственных нормативных актов, порой, по-разному регулирующих схожие (или не тождественные) ситуации ОРД;

· появление «первых ласточек» предстоящего законодательного регулирования основных нормативных положений ОРД – закрепление нормативных положений об осуществлении оперативно-розыскных мероприятий в нескольких законодательных актах (Основах уголовного судопроизводства, Закона СССР «О Государственной границе СССР» и «Об органах государственной безопасности в СССР», а также в Законе РСФСР «О милиции»).

4. Становление оперативно – розыскной деятельности во второй переходной (1991 – 1992 гг.) и постсоветские периоды

Второй переходный период (август 1991 г. – март 1992 г.)

Он начался с распадом СССР и длился до момента принятия в суверенной России 13 марта 1992 года Закона об ОРД. Особенностью этого периода являлось то, что на этом достаточно небольшом временном отрезке в основном продолжали действовать нормативные акты бывшего СССР (юридически уже не существующего), т.е. в основном секретные акты КГБ СССР и МВД СССР.

Кроме того, отметим, что правовое регулирование ОРД в России развивалось и продолжает развиваться не только во времени, но и в пространстве.

Широко известно, что только в течении ХХ столетия на территории бывшей царской России возникали, существовали и исчезали десятки различных государственно-правовых образований. Королевство Польское как неотъемлемая часть Российской Империи в начале века и суверенное Польское государство в дальнейшем, а затем Республика Польша. Великое княжество Финляндское как «особая» область государства Российского в начале рассматриваемого периода, во внутренних делах управляется особыми установленными на основании особого законодательства, и Финляндская Республика, как суверенное государство, – впоследствии. А образование в 1922 году СССР и вхождение в него ряда государств (последним по времени было вхождение в 1944 году Тувы)? А выход в конце 80-х – начале 90-х годах из состава СССР Прибалтийских республик, республик Закавказья, Средней Азии и др.? Наконец, распад векового союза славянских народов – российского, украинского и белорусского. Все это, разумеется, самым непосредственным образом влияло правовое регулирование ОРД.

Правовое регулирование оперативно-розыскной деятельности в современный период (март 1992 г. – настоящее время)

Современный (постсоветский) период правового регулирования ОРД в России можно назвать наиболее значительным среди всех периодов в отечественной истории правовой регламентации оперативно-розыскной деятельности. С правового регулирования негласной работы в основном на подзаконном уровне сделан резкий скачок на уровень законодательной регламентации.

Характерные черты и особенности данного этапа:

закрепление общих правил ОРД на развивающем уровне правового регулирования вместо подзаконного (т.е. перераспределение нормативно-правового материала с ведомственного на законодательный уровень);

выделение основных правил ОРД из ранее имевшегося в подзаконных актах конгломерата правовых предписаний и их обособление в оперативно-розыскном законе, т.е. начало процесса кодификации правовых норм ОРД (в начале в Законе об ОРД, а затем – в ФЗ об ОРД);

резкое усиление значения соблюдения прав и свобод человека и гражданина в оперативно-розыскной деятельности;

необходимость учета в правовой регламентации отдельных направлений ОРД такого фактора, каким является непосредственное действие конституционных норм;

нормативное закрепление неразрешенного противоречия между старым и новым пониманием цели ОРД: в «узком» смысле слова – между необходимостью борьбы с преступностью и защите человека и общества от преступных посягательств; в «широком» смысле слова – между необходимостью борьбы с разведывательно-подрывной деятельностью «противника и враждебных элементов» (получением информации о них) и обеспечением безопасности личности, общества и государства;

законодательное определение ОРД;

· существенное законное расширение субъектов (государственных органов), наделенных правами на осуществление ОРД и резкое обострение необходимости правовой регламентации, с одной стороны, специфики каждого из субъектов (включая раздел сфер влияния), а с другой – выделение общих правовых положений, единых для всех субъектов, осуществляющих ОРД;

· необходимость обязательной государственной регистрации в Минюсте России ведомственных оперативно-розыскных актов, затрагивающих права и законные интересы граждан, а также нормативных актов, которые носят межведомственный характер;

· правовая регламентация вневедомственного контроля и надзора за состоянием законности в ОРД;

· включение в сферу правового регулирования общественных отношений, которые ранее не подвергались воздействию права, например, возникающие в сфере частной детективной деятельности.

5.Особенности развития оперативно – розыскной деятельности в борьбе с организованной преступностью

В советский период структура оперативно – розыскных органов (ОРД), особенно органов внутренних дел, их техническая и тактическая вооруженность складывались под влиянием идеологических факторов. Они были ориентированы на борьбу «с отдельными проявлениями преступности на фоне последовательного ее сокращения». Типичными для ОРО элементами борьбы с общеуголовной преступностью стали:

· внимание к ранее судимым, постановка их на оперативно – профилактический и оперативно – розыскной учет;

· поиск преступников по исходной информации о приметах, похищенных вещах и предметах, об орудиях преступления и транспортных средствах, по способу совершения преступлений и по связям с потерпевшим;

· контроль за криминально – активными контингентами в сфере быта, в трудовых и учебных коллективах;

· индивидуальная профилактика в отношении этих контингентов;

· оперативное прикрытие мест (объектов), популярных среди воров и мошенников, с помощью негласных сотрудников и оперативно – поисковых групп. Использование этих сил для целей выявления лиц, объявленных в розыск;

· оперативная проверка лиц, подозреваемых в совершении преступлений. А также в целях выявления преступников среди задерживаемых за бродяжничество в приемниках – распределителях.

При постоянной криминогенной напряженности в сфере быта, в среде несовершеннолетних, в общественных местах (умышленные убийства, телесные повреждения, хулиганство, разбои, грабежи, кражи) эти меры не обеспечили сокращение преступности и оказались неэффективными при лавинообразном нарастании ее организованных форм.

Многие преступления формирования (занимающиеся торговлей наркотиками, мошенничеством, квалифицированными кражами, рэкетом) вышли из-под контроля ОРД. Тактика, рассчитанная на борьбу с местными преступниками, известными своим антиобщественным образом жизни, также оказалось неэффективной при возрастании мобильности преступников, применении ими новых способов маскировки с учетом знаний методов работы ОРО.

Традиционно в деятельности ОРО существовал приоритет местных, локальных интересов. Мало заботы проявлялось о получении информации, полезной для других ОРО. Часто происходило искусственное ограничение, даже игнорирование потоков информации, казалось бы, ценной, но не работающей на сиюминутную отдачу. Такую «попутную» информацию получали неохотно, не знали, куда ее девать.

Крайне редко практиковалось обобщение данных о преступной среде, получаемых в ИВС, СИЗО, ИТК, ВТК. Однако именно в местах концентрации преступников существовал своеобразный механизм «производства» уникальной по содержанию и насыщенности латентными фактами информации. Здесь практически не было заранее определенных систем обмена сведениями, если не считать локальных программ сбора сведений по конкретным уголовным делам и ДОУ, которые вели оперативные работники ИТУ, и программ, содержащихся в ориентировках и конкретных заданиях ОРО.

До середины 80-х годов в практики ОРО не нашло развитие стремление многих оперативников вести активный поиск признаков организованной преступности. Информация такого рода редко «проникала» в оперативно - розыскные документы по ряду причин:

1. были установлены противоречащие целям борьбы с организованной преступностью ограничения в оперативной проверке номенклатурных работников, и это приводило к тому, что негласные сотрудники ОРО не получали заданий на сбор информации об участии таких лиц в организованной преступной деятельности.

2. Ни в криминологии, ни в криминалистики, ни в теории ОРД до 80-х годов не разрабатывались характеристики организованной преступности на территории СССР, а следовательно, и система ее признаков.