Смекни!
smekni.com

Гендерная специфика информационных продуктов (стр. 3 из 6)

Для текстов женских журналов характерно частое использование оценочных суффиксов, что способствует передаче отношения автора к предмету. «Случайно встретив его через пару месяцев на бульваре в обнимку с “Балтикой” и новой подружкой, я не испытала ни трепета, ни желания достать из кармашка увесистую сковородку». [Cosmo. 2006. С. 138]. «Осень навалилась грузом проблем – и даже мой новенький автомобиль попал в серьезное ДТП!» [Glamour, 2009, 16]. В мужских журналах авторская оценка передаётся «или через контекст, или путем использования слов с заданной ироничной семантикой. «История сохранила лишь один пример, когда пилот У-2 вышел победителем из схватки с истребителем фрицев». [MAXIM. 2006. С.80].» [Шатова, 2008]. Также оценка может передаваться через сниженную, грубую лексику: «Непонятно, каким нужно быть идиотом, чтобы добровольно съесть нечто, воняющее гнилым луком» [XXL, 2009, 24].

Для женских журналов характерно «использование аффектированной лексики и слов, описывающих психологическое состояние человека. «Мой муж ужасно любит машины»; «Васька - ужасно спортивный, меня все приобщает и тогда мечтал поставить меня на горные лыжи». [Cosmo. 2006. С. 192] «Она узнала, что беременна, когда было уже три месяца. Была истерика. На аборт денег не хватило. Меня не было в городе, а Игоря она тогда ненавидела»; «Все обиды были забыты, Юля простила негодяя, и отношения начались заново». [Cosmo. 2006. С. 134].» [Шатова, 2008]. В подобных случаях используется разговорная лексика: «Надо было урезать расходы, и я пересела на общественный транспорт. Однако ехать без дела полчаса на трамвае в одну сторону скучно – и я придумала, как использовать это время!» [Glamour, 2009, 61].

«Мужской стереотип поведения предполагает, что мужчина должен как можно более тщательно скрывать свои эмоции и чувства от окружающих. Даже в рубрике «Пара:психология», в которой затрагиваются вопросы взаимоотношений мужчин и женщин, чувства скрываются под маской иронии и цинизма. «Когда позади знакомство с родителями и покупка насадок для общей зубной электрощетки, разрыв кажется мероприятием постыдным и трудным. Ведь она по-прежнему самая лучшая! А то, что ты уже неделю уклоняешься от секса и можешь заснуть, только сжав в руках воображаемый топор, - результат стресса. Ага. Ты это нам рассказываешь? Брось, мы же друзья! Ясное дело, никто не любит чувствовать себя подлецом. Но однажды тебе придется признать, что отношения исчерпали себя, и бросить девушку. Не эту, так следующую. Так что лучше уж эту (вдруг следующая будет хорошая)». [MAXIM. 2006. C. 83]» [Шатова, 2008]. В журнале XXL взаимоотношения мужчин и женщин рассматриваются с точки зрения секса: «Каждый из нас хоть раз мечтал о большой и чистой любви. Но по большей части получал по физиономии, потому что фиг их поймет, этих женщин. Вот только что вроде смотрела призывно и крутила локон на пальце, а стоило подкатить с конкретным предложением, как сразу начались визг и оскорбления. Ах, я не такая, я жду трамвая!» [XXL, 2009, 53]. Нужно сказать, что цинизм и ирония присутствуют и в женских журналах, но приписываются эти качества мужчинам: «Возможность не смотреть «Отчаянных домохозяек» – радует. Каждый мужчина в полном расцвете сил хочет иметь право не чистить зубы на ночь, не опускать крышку унитаза и не идти на другие сделки с совестью ради кого-либо, кроме себя. Вступить в серьезные отношения значит ввести в свой лексикон слово «компромисс». Нет уж, увольте!» [Glamour, 2009, 48].

Также следует отметить, что в текстах как женских, так и мужских журналов используется большое количество тропов и стилистических фигур. Но в мужском журнале «наиболее частотны примеры метафор и иронии. «Можете смеяться или плакать, но журналы сегодня – это священные книги новых религий» [MAXIM. 2006. С. 16], «Животные от передозировки вазопрессина бросаются метить свою территорию и отхватывать новые участки: гризли рвут когтями кору деревьев, коты портят мебель. Тебе, лишенному этих маленьких радостей, не остается ничего другого, как искать разрыва отношений. Ведь новая девушка – это та же неизведанная территория, поле для генетических экспериментов». [MAXIM. 2006. С. 83].» [Шатова, 2000]. В женских журналах набор тропов богаче, к метафорам и иронии, используемым в мужском журнале, добавляются сравнения и градации «Методичное покусывание локтей – занятие малоприятное и, очевидно, неполезное: в попытке дотянуться до внешнего сгиба руки вполне можно свернуть себе шею» [Cosmo. 2006. С. 140]; «Сколько раз твоя заклятая подруга, в меру белая и пушистая, “совершенно случайно” обрезала веревочку, по которой ты пыталась добраться к собственной цели».[Cosmo. 2006. С. 234]; «Интересно, кому я тогда буду нужна в свои 95 – гордая и сморщенная, как печеный баклажан?» [Cosmo. 2006. С. 125]; «В течение приблизительно пяти лет отношения успевают трансформироваться – влюбленность, страсть, сексуальный азарт притупляются, а взаимные претензии и просто усталость от общения накапливаются» [Cosmo. 2006. С. 125]; «Грифон, русалка, вечный двигатель. Беспроцентный кредит. Гражданский брак. Что между ними общего? А то, что ничего этого на самом деле не существует. А многие верят» [Cosmo. 2006. С. 234]. Шатова А.О. отмечает, что тропы в мужском журнале интереснее, неожиданнее: журналист как бы играет с читателем. В женских же журналах авторы статей боятся обидеть своих читательниц.

При рассмотрении морфологических особенностей было выявлено, что «количество глаголов и прилагательных было примерно одинаковым» [Шатова, 2008]. Явных различий в морфологии выявлено не было.

Однако женские и мужские журналы отличаются с точки зрения синтаксиса. Так, отличительной чертой мужского синтаксиса ученые считают вводные конструкции, призванные упорядочивать информацию. В материалах журнала MAXIM мы нашли множество тому подтверждений. «МУДО (о книге «Блуда и МУДО» - примечание мое) не я придумал, а наше Министерство образования. Я семь лет проработал в МУДО – муниципальном учреждении дополнительного образования. Да и «блуда» - нормальное слово, восходящее к «блуду». Кроме того, эта формула максимально точно передает дух и смысл книги» [MAXIM, 2008. № 1. С. 50 (из интервью с А. Ивановым)] «Я в детстве мечтал быть писателем, как ни странно. Начинал с того, что переделывал концовки произведений, фильмов. Писал продолжения. Был, например, такой японский мультик про кота в сапогах, который то ли вокруг света, то ли… какая-то дребедень. Вот я по ее мотивам и строчил» [MAXIM, 2008. № 1. С. 50]. «Помимо компьютера и кассеты для перекодировки записи в цифровой формат тебе потребуется еще несколько вещей. Во-первых, аппарат, способный не только жевать, но и воспроизводить кассеты. Далее тебе следует зайти к соседу и попросить у него десять тысяч долларов. Когда сосед скажет, что такую сумму дать не может, вздохни и согласись вместо денег взять стереокабель с симметричными 3,5-миллиметровыми разъемами. Собственно, он-то тебе и нужен» [MAXIM, 2008. № 1. С. 58]» [Шатова, 2008]. Подтверждение этому можно найти и на страницах журнала XXL: «И хотя современный вариант «чероки» отличается от своего легендарного предка, многое осталось неизменным. Например, радиаторная решетка с семью прорезями и трапециевидные колесные арки перешли «внуку» по наследству от «дедушки» [XXL, 2009, 110], «Если вам кажется, что у вас вымогают взятку, есть два пути: первый, как водится, уйти, махнув на все рукой, а второй – разобраться с обидчиком» [XXL, 2009, 43]. Как мы видим, в употреблении вставных конструкций ярко проявилось стремление к упорядочиванию информации, приписываемое мужчинам.

Помимо этого для текстов мужских журналов характерна ссылка на авторитеты. Она может быть с помощью прямой цитации, косвенную передачу слов авторитетного в данном вопросе человека, ссылка на слова учёных в целом. «Толщина льда, которая может выдержать человека (одного, поэтому не сажай никого себе на плечи!) равняется 5 – 7 см. Чтобы не сверлить лунку, научись определять толщину на глаз. Если ты не дальтоник, это просто. Зеленоватый и голубоватый оттенки льда подскажут, что его толщина достигла положенных сантиметров. А вот серый, желтоватый и матово-белый свидетельствуют о непрочности», - добавляет еще немного знаний о цвете Анатолий. [Анатолий Беляев – автор нескольких книг по основам ОБЖ]» [MAXIM, 2008. № 1. С. 55]. «”Не нужно записывать каждую песню по отдельности, - оберегает тебя от лишних действий Олег [Олег Смирнов – звукорежиссер компании Moroz Records], - дай проиграть всей стороне кассеты”. После окончания записи с помощью шкалы-эквалайзера ты легко определишь, где начинается, а где заканчивается каждая песня» [MAXIM, 2008. № 1. С. 59]. Апелляция к чужому мнению может быть также выражена через косвенную передачу слов авторитетного человека. «Теперь тебе осталось только запастись программой, которая умеет записывать и редактировать звуковые файлы. Например, ты можешь использовать Microsoft Sound Recorder, который по умолчанию находится в Microsoft Windows. Но Олег предлагает тебе использовать Audacity (можно бесплатно скачать на audacity.sourceforge.net)» [MAXIM, 2008. № 1. С. 59]. «Сегодня принято считать, что человек есть то, что он платит за сеанс у психоаналитика. Или, например, он есть то, что он говорит. Именно такой точки зрения придерживается Наталья Михеева, к. п. н., доцент кафедры общей и практической психологии МГГУ. По ее словам каждый человек несознательно использует в речи особые слова (маркеры), которые указывают на его застарелые недостатки, комплексы и характер в целом» [MAXIM, 2008. № 1. С. 110]. «Если ты не нашел в своей речи соответствующих маркеров, не отчаивайся. Наш эксперт [Наталья Михеева] утверждает, что связка ‘характер-маркер’ работает и в обратную сторону. Начни искусственно вводить нужные слова в повседневную речь, и они потянут за собой изменения в состоянии психики» [MAXIM, 2008. № 1. С. 111]. Ссылка может указывать даже не на конкретное авторитетное лицо, а на ученых в принципе. «Психологи называют это состоянием хронического соперничества. Люди подверженные ему, совершенно не могут ужиться с окружающими (даже если используют антидепрессант)» [MAXIM, 2008. № 1. С. 114]» [Шатова, 2008]. В журнале XXL дополнительные сведения (научные данные, мнения авторитетных людей, цитаты) также выносятся за пределы статьи в качестве сносок: «Что такое смерть? Это расслабление. Только что умерший человек максимально расслаблен, все тело «распущенно». Это потом уже, в соответствии с традициями, ему закроют глаза, подвяжут челюсть, скрестят руки на груди. Чтобы придать мертвому признаки живого. А правильнее было бы нам в живом теле поддерживать признаки … мертвого. То есть поддерживать состояние расслабления» Владимир Баскаков» [XXL, 2009, 41] (Цитата дана справа от статьи «Курсы молодых жрецов»), «Аквариумисты утверждают, что пираньи, несмотря на свою грозную репутацию, рыбы довольно нервные и пугливые. Иной раз достаточно щелкнуть ногтем по стеклу, чтобы хищница хлопнулась в обморок. Так что аквариум с пираньями следует ставить в тихом и ровно освещенном месте и не подпускать к нему общительных гостей» [XXL, 2009, 101] (ссылка на мнение профессионалов дана справа от статьи «Тело наживное добро пожаловать на адскую рыбалку»). Стремление подкрепить свою речь цитатами, сносками и ссылками на авторитеты показывает, что для мужчин важны точность и достоверность информации. В MAXIM’е сноски носят скорее комический характер. «Некоторые высказывания авторов статей сопровождаются примечаниями Phacochorus’а Фунтика – вымышленного персонажа, бородавочника, который позиционируется как полноправный член редакции. Его комментарии встречаются как во вступительной статье редактора, так и в статьях других авторов. Они всегда неожиданны. Фунтик комментирует не столько отдельное слово, сколько мысль, высказанную автором. Таким образом, он выступает в роли первого читателя журнала, критически осмысливающего статьи. Его комментарий – это как будто мысль, пришедшая в голову по мере чтения. Читатель журнала автоматически включается в игру, ведь с ним делится своими соображениями бородавочник. «Тем не менее чутким нюхом трендсеттера* он [Фредерик Бегбедер] быстро уловил требования момента и написал книгу «Я верю – Я тоже нет» (выпущенную в России издательством «Иностранка»). *Примечание Phacochorus’а Фунтика: “Это такая охотничья порода собак. Пятнистый или рыжий окрас, шелковистая шерсть… Или я что-то путаю? Ой, пардон. Это сеттеры. А трендсеттеры – это такая охотничья порода людей, которые умеют вынюхивать все самое модное и актуальное”.» [MAXIM, 2006. С. 206]. «Даже самый чадолюбивый мужчина никогда не сможет поверить в то, что его главная задача в этой жизни – родить ребенка. Ребенок для него не цель жизни, а последствие этой самой жизни. Так сказать ее симптом. Поэтому мужчине приходится самореализовываться в иных областях*. *Примечание Phacochorus’а Фунтика: ”Иногда у него даже неплохо получается. Возьми, к примеру, меня, Шекспира или Эйнштейна“.» [MAXIM, 2008. № 1. С. 98]. «Научись варить глинтвейн*. В любой новогодней компании тот, кто взялся за приготовление глинтвейна, становится центральной фигурой мероприятия, на которого обращены все взгляды без исключения. *Примечание Phacochorus’а Фунтика: “Чего там уметь! Вот рецепт на компанию из 10-15 человек. Берем красное вино – 750 мл, белое столовое – 750 мл, сок одного лимона, 8 щепоток мускатного ореха, 30 гвоздичинок. В эмалированную кастрюлю заливаем все вино и лимонный сок. Доводим напиток до кипения. Затем добавляем корицу, гвоздику и мускат, даем настояться 20 минут. Слегка подогреваем опять и разливаем по чашкам”.» [MAXIM, 2008. № 1. С. 184]. Такой прием делает тексты журнала еще более ироничными. Причем, наделяя правом критики бородавочника, авторский коллектив смеется в первую очередь над собой. Подобное отношение к себе возможно только в мужском журнале. В Cosmo ирония и юмор распространяется по большей части на мужчин и на события окружающего мира, проявления самоиронии авторами не столь частотны. Поэтому можно говорить о том, что самоироничность – это отличительная черта мужского дискурса» [Шатова, 2008].