Смекни!
smekni.com

Современная авторская журналистика (стр. 3 из 17)

«Индивидуальный стиль деятельности выявляет себя на текстовом уровне в оригинальной творческой манере, то есть в тех устойчивых идейно-содержательных, композиционных и лексико-стилистических особенностях произведений, которые позволяют читателю идентифицировать различные тексты данного автора, дают аудитории основание для определения журналиста как творческой индивидуальности»[21].

Именно на этом аспекте – творческой манере – акцентируют свое внимание большинство исследователей, вероятно, потому, что он легче поддается анализу и представлен ученому в наиболее объективных формах. Но, несмотря на важность этого аспекта рассмотрения творческой индивидуальности, он все же является производным. М.Н. Ким также пишет, что творческая манера журналиста зависит от очень многих факторов, в частности, от аудитории и типа издания.

Можно предположить, что творческая индивидуальность управляет своей манерой, меняя ее в зависимости от типа информационного потока, типа издания и других факторов. Следует учесть также и то, что в текст, как правило, вносятся различные поправки и изменения различными людьми. Именно в социальном эффекте как конечном результате деятельности – в типе и характере изменений, происходящих в самой действительности или в сознании аудитории, - журналист полностью выявляет свою творческую индивидуальность.

Очевидно, что творческий процесс журналиста во всех его проявлениях и на всех этапах, а стало быть и его творческая манера запрограммированы в определенной степени ориентацией на тот или иной тип социального эффекта.

«Ориентация на аудиторию предопределяет тяготение к активному использованию художественно-публицистических средств воздействия. Ориентация на организационный эффект стимулирует повышенный интерес к тем сферам действительности, которые требуют немедленного вмешательства»[22].

Другой формой существования творческой индивидуальности является так называемый «образ автора». Эта категория тщательно разработана в литературоведении; в различных аспектах рассматривалась она и в теории журналистики, поэтому мы коснемся здесь лишь некоторых моментов. Прежде всего, следует отметить, что образ автора – это не вся личность журналиста, а лишь какой-то ее срез, аспект, уровень отражения.

В первую очередь в этом образе выделяются интеллектуальные, душевные качества. И вместе с тем, случаи, когда слово расходится с делом, когда журналист пишет одно, а думает и ведет себя по-другому, свидетельствуют о нормативности образа автора, его нетождественности личности журналиста. В сущности, образ автора выступает для читателя как образ-эталон.

Говоря о влиянии образа автора, следует видеть и другую сторону этого процесса. Речь идет о том, что в тексте, а через него и в сознании аудитории отпечатываются нет только интеллектуальные и душевные качества автора. «Читатель, осознанно или чаще неосознанно, воспринимает ту систему знаний, умений и желаний, которая является содержанием творческой индивидуальности данного журналиста. Передача этих компонентов осуществляется посредством использования определенных аргументов, специфической логикой рассуждений и др. Происходит своеобразное «наложение» творческой индивидуальности журналиста на сознание и стиль мышления читателей. В силу этого современные средства массовой информации, обладающие огромной мощью, могут, при определенных условиях, стать фактором стандартизации сознания и мышления многомиллионных масс»[23].

Функции «образа автора» не исчерпываются воспитательным воздействием на читателя. Эта форма выявления творческой индивидуальности журналиста играет важную конструктивную роль в структуре текста. Именно образ автора зачастую связывает воедино разнородные элементы произведения. Кроме того, образ автора (выраженный ли в форме непосредственных заявлений – «я видел…», «я слышал…», «я подумал…» и т.п., или же «растворенный» в системе рассуждений» является мощным катализатором восприятия заложенной в тексте информации, поскольку создает ситуацию диалога. «Читатель, реконструируя способы мышления, чувствования, оценки явлений действительности, характерные для данного автора, как бы вступает с ним в спор, проверяя в этом споре собственные способы мышления, чувствования, критерии оценки. Внешнее восприятие перерастает во внутреннее, обогащая личность читателя»[24].

1.2 Инструменты журналистского творчества

В этой главе речь пойдет не об авторских приемах журналистов, но о некоторых составляющих, без которых не могут быть воплощены эти приемы. Речь пойдет об использовании фактов, обобщений, анализа, рационального и эмоционального в журналистском произведении.

1.2.1 Функции факта

«Если факт – сердце информации, то новизна – ее душа»[25].

Термин «факт» указывает несколько значений. В одних случаях он указывает на достоверность события, в других – под ним понимается событие. Применительно к журналистике под фактом надо понимать информацию, сообщение об отдельном событии, о том, что произошло вчера или ранее, но имело место однажды.

Факты в журналистике имеют различные функции, по-разному используются. Скажем, факт может определить смысл, цель выступления. Иногда на нем строится весь материал. Дело в том, что убеждать читателя, укреплять правильное понимание им явления жизни можно различными средствами. Но во всех случаях большое значение имеют факты, доказывающие истинность высказывания журналиста.

Часто факты подбирают по тем или иным темам, проблемам. Такая организация их имеет свой смысл: внимание читателей концентрируется на определенном явлении жизни. Когда же материал дается вне единой темы, создается разнообразие выступлений.

Нередко факты используют в сочетании с фотоматериалом. Речь идет не о текстовках к фотографиям, а фотоинформации, которая в сочетании с текстовым сообщением придает особое качество публикации, повышая уровень ее достоверности, убедительности.

Весьма важное условие правильной оценки факта – деловая компетентность, знание предмета, того, о чем пишешь. Чтобы заметить новое явление в технике, в методах работы, в нравственном воспитании, необходимо знать соответствующую область практики и теории. Это элементарное требование к автору.

Когда в произведении используется группа фактов, комплекс материалов фактического характера, естественно возникает необходимость в их правильной классификации, чтобы установить, дает ли фактический материал общую картину процесса.

Мы не всегда до конца используем возможности представить факт во всей полноте его значения, во всей его специфичности. Возникает штамп, он и становится психологическим барьером восприятия читателя. «Штамп – это выраженная в литературной форме схематичность мысли. Корень порочности такой литературной формы – в поверхностности, неконкретности содержания. Штамп есть мышление готовыми фразами, ведущее к обеднению языка»[26].

М.С. Черепахову видится, что существенная «причина рождения штампа – раскрытие в поведении людей, в ситуации только типического и игнорирование индивидуального, своеобразного, неповторимого, характерного для данного человека, для данного дела»[27]. И когда мы изо дня в день возвращаемся к определенным темам, повторяем общие для тысяч людей и ситуаций признаки и при этом обходим своеобразное, личностное, мы ослабляем интерес читателя к выступлению. «Между тем следует в каждом факте находить не только то общее, что определяет его типический признак, но и то, что отличает данный факт от множества других. Тогда своеобразное усилит впечатление от факта в целом»[28].

В ходе развития темы произведения факты вступают в связь друг с другом, и с общими положениями, и с данными, выраженными цифрами и другими средствами. Но эти связи не однозначны. Существуют две группы их. Первую назовем логико-событийными связями. Вторая группа – ассоциативные связи.

Опираясь на таких авторов, как Г.В. Лазутина «Основы творческой деятельности журналиста», Л.А. Васильева «Делаем Новости!» и А.А. Тертычный «Жанры периодической печати», можно сказать, что в больших материалах (статьях, рецензиях), в художественно-публицистических выступлениях (очерке, фельетоне), часто в корреспонденциях функции фактов усложняются. В одних случаях факты играют роль иллюстраций, когда позволяют убедительно аргументировать суждения автора, в других – дают возможность понять сущность каких-то социальных явлений. Связи между ними также усложняются. «Сохраняются логическое начало, событийная обусловленность перехода от одного к другому, но способы связывания фактических элементов и общих положений, цифровых выкладок различные»[29].

Как мы отмечали ранее, факты часто играют иллюстративную роль в произведении.

«Иллюстрация – способ приблизить идеи, выводы к сознанию читателя, облегчить восприятие обобщений, а также теоретических истин должна занять постоянное место»[30].

«В ходе подготовки выступления работа над фактами есть процесс накопления доказательств верности выводов, к которым придет журналист. А в готовом произведении роль доказательств берут на себя данные, цифры, а отдельные факты только иллюстрируют мысль, не более того»[31].

К примеру, авторы считают нужным проиллюстрировать свою мысль примером, чтобы закрепить идею в сознании читателя. Тогда теоретические положения обретают ясность, зримость. Порой, казалось бы, рядовой факт становится основой проблемного выступления, ведет читателя к серьезным обобщениям.