Мир Знаний

Пешком в прошлое или Прогулка по залам Палеонтологического музея (стр. 5 из 6)

Скорость осадконакопления (V) обычно рассчитывается как мощность отложений (М), деленная на время образования данной толщи по геохронологической шкале (t).

V = M/t

Рассчитанная таким путем для Русской платформы средняя скорость накопления осадков оценивается в 0,3 – 1,1 см за 1000 лет [Логвиненко, 1974, с.40]. Сколько же тысяч лет (если верить существующей геохронологической шкале) надо было терпеливо ожидать парейазаврам своего полного захоронения? Не является ли этот случай свидетельством катастрофического накопления осадков? В этом случае такие нереально низкие расчетные скорости накопления осадков есть результат крайне завышенного времени образования данной толщи (t).

Распределение окаменелостей в геологических слоях с точки зрения глобальной катастрофы

Но если гипотеза эволюционного развития жизни на земле оказывается не подтверждаемой палеонтологическими фактами, то как же объяснить определенные закономерности, существующие в распределении окаменелостей в геологических слоях? С тем, что некоторые закономерности все-таки существуют, согласно и большинство геологов-катастрофистов, но обосновывают такое распределение окаменелостей совершенно иными причинами.

Оставим в стороне тот случай, когда явное соотношение различных геологических толщ не очевидно, а их относительный возраст получен на основании содержащихся в них окаменелостей. Выявленные на таких разрезах «эволюционные закономерности» основаны не на реальных фактах, а на гипотетических эволюционных предпосылках.

Не так часто, но встречаются места, где мы можем непосредственно проследить смену одних геологических формаций другими для больших этапов истории Земли. Наверное, наиболее полный и непрерывный разрез осадочных пород можно встретить в Большом каньоне р. Колорадо. В полуторакилометровых стенах каньона последовательно представлены отложения архея, протерозоя, палеозоя и мезозоя.

Действительно, в этом районе можно выделить некоторую закономерность в смене одних окаменелостей другими: трилобиты встречаются преимущественно в самых нижних кембрийских отложениях; кораллы и различных моллюсков можно встретить в пределах всей палеозойской толщи. В отложениях девонской системы попадается чешуя и зубы рыб. Еще выше, в толще пермских отложений иногда наблюдаются следы четвероногих животных (то ли земноводных, то ли рептилий). Мезозойские отложения завершают разрез Большого каньона. В соседних областях в них найдены скелеты динозавров. При этом никаких эволюционных переходных форм от одних видов к другим не обнаружено [Austin, 1994].

Геологи-катастрофисты объясняют такое распределение окаменелостей экологической зональностью биологического мира, существовавшего до глобальной катастрофы, различной подвижностью животных и разной плавучестью погибших тел. Так, в условиях катастрофы первыми гибли и захоранивались донные членистоногие и моллюски (позже эти слои получили название раннего палеозоя), затем рыбы (девонский период (карбон) так и называют – «век рыб»), затем в слои осадочных пород попадали обитатели прибрежной зоны (следующий за девоном каменноугольный период часто называется «эпохой земноводных»). Как указано в энциклопедии «Современное естествознание» [2000, т.9, с.319]: «Поздний палеозой (карбон и пермь) известен прежде всего как эпоха рассвета наземной растительности. Это и травы, и кустарники, и высокие деревья … Многие погибшие деревья дали начало массовому накоплению угля». Но ведь это характеристика не возрастного интервала (что же, в этот период моря с Земли исчезли?), а экосистемы болотистых прибрежных низменностей! На следующем этапе катастрофы на прибрежных равнинах и во внутренних водоемах гибли и засыпались осадками рептилии (мезозойская эра – время рептилий) (Рис. 10).

То, что зональность организмов в геологической колонке носит не эволюционный, а экологический характер, подтверждается выводами современной геологии: «Практически все палеонтологически обоснованные границы, таким образом, не могут считаться “эволюционными”. Их палеонтологическое обоснование является экологическим, а если мы учитываем и характер смены литологии на этой границе, то и палеоэкосистемным» [Мейен, 1989, с. 43].

Фактор подвижности проявлялся в способности животных спасаться от стремительно развивающегося наступления моря на сушу. Здесь проявлялась как непосредственно физическая подвижность (помните: в нижних, пермских слоях встречаются менее подвижные рептилии, в вышележащих, мезозойских, – более подвижные), так и уровень организации высшей нервной деятельности. Млекопитающие, как более высокоорганизованные животные, уходили с низменностей на возвышенности и погибали в последнюю очередь, в самых верхних, кайнозойских слоях. В тесной связи с подвижностью организмов находится факт, что следы амфибий и рептилий часто встречаются на более низком уровне геологической колонки, чем окаменевшие остатки их тел.

Фактор плавучести проявляется в том, что в случае гибели в водной среде, тела одних животных могут держаться на поверхности воды дольше других. Эксперименты над трупами современных животных показывают, что птицы плавают на поверхности воды в среднем 76 дней, млекопитающие – 56 дней, рептилии – 32 дня, а амфибии – 5 дней [Рос, 2001]. Данная последовательность хорошо согласуется с порядком залегания ископаемых животных в геологической колонке; таким образом, фактор плавучести мог играть важную роль во время глобальной и кратковременной водной катастрофы.

Схема катастрофического осадконакопления не решает всех проблем распределения окаменелостей в осадочных слоях. В частности, трудно объяснить, почему современные формы придонных организмов не обнаруживаются вместе с трилобитами, которые, по-видимому, занимали в кембрийское время ту же самую экологическую нишу. Возможно, это связано с тем, что мы не можем полностью реконструировать экологические условия существования древних биоценозов. Так, к примеру, в наше время пингвины и белые медведи обитают в совершенно одинаковых условиях, но встретиться могут только в зоопарке, поскольку между ними лежит экологический барьер в виде теплого экваториального пояса. Выявить такие особенности в строении древних экосистем не всегда представляется возможным.

Это не единственная проблема интерпретации процесса образования осадочных слоев и распределения в них окаменелостей в рамках геологии катастрофизма, но, тем не менее, можно с уверенностью сказать, что такой подход позволяет объяснить многие особенности, непонятные с позиции эволюционной истории Земли.

Что же это все напоминает?

Говоря о точке зрения на происхождение жизни и ее биологического разнообразия, мы убеждаемся в отсутствии научных доказательств самопроизвольного появления жизни. Живые организмы появляются в геологической летописи совершенно неожиданно и существуют неизменно в определенных рамках («по роду их»); достоверные переходные формы между крупными таксонами отсутствуют. С момента своего первого появления организмы являются функционально сформировавшимися и хорошо приспособленными к условиям окружающей среды (зная эти особенности, можно согласиться с определением «что это хорошо»). Интерпретируя геологическую историю Земли, мы приходим к выводу, что многие особенности строения осадочных слоев гораздо лучше согласуются с концепцией «глобальной водной катастрофы» и «катастрофического накопления осадков», чем с медленным образованием слоев на протяжении сотен миллионов лет.

Внимательно приглядевшись к этим выводам, можно обнаружить, что (как это ни странно для человека, воспитанного в системе современного атеистического образования) в них очень много общего с картиной истории Земли и жизни, излагаемой в первых главах книги Бытия. В современном обществе Библия трактуется как сборник древних мифов и легенд, и принимается, в лучшем случае, как источник моральных норм человеческого сообщества. Тот факт, что библейские знания могут совпадать с научными фактами, не укладывается с сознание человека, исключающего метафизические основы мироздания. Тем не менее, строки:

«И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо (Быт. 1, 21). И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо» (Быт. 1, 25).

вполне согласуются с тем, что мы видим в геологической летописи. Интерпретация последовательности осадочных слоев на основании предположения о Всемирном Потопе в ряде аспектов объяснят особенности осадочной оболочки Земли лучше, чем эволюционная геологическая концепция.

Проходя по залам музея, есть еще один повод вспомнить строки Библии. Причиной этого является гигантский травоядный динозавр диплодок, которого мы видели в мезозойском зале. Это животное достигало 20 метров в длину. Воображение поражает длинный и мощный хвост, большая шея, огромные, как столбы, ноги.