Смекни!
smekni.com

Разработка автоматизированной системы управления торговым предприятием (стр. 4 из 16)

Если суммировать все перечисленные недостатки, то можно заключить, что данный сценарий ориентирован на учет краткосрочных и сравнительно несложно измеримых прямых выгод от проекта и не учитывает многие косвенные эффекты. Надо признать, что для относительно простых проектов по автоматизации тех или иных участков бизнес-процессов этих оценок оказывается вполне достаточно.

Понятно, что чем комплекснее проект по автоматизации управления компанией, тем больший процент возможных выгод относится к разряду непрямых. Сокращение складских запасов можно получить, автоматизировав только учет на складах, а можно — и в комплексном проекте внедрения широкой функциональности ERP-системы. Но в первом случае сокращение складских запасов составит 90% всех потенциальных эффектов, а во втором — существенно меньшую. На самом деле должен сказать, что в большинстве комплексных проектов по автоматизации систем управления вышеприведенный сценарий определения будущих выгод дает неверную величину потому, что мировой опыт показывает: прямые экономические выгоды составляют 20—25% от всех потенциальных выгод. Консультанты любят говорить, что в оценке ERP-проектов действует правило 80/20 — небольшое количество наиболее очевидных направлений в сокращении издержек дает 80% планируемого эффекта. Так вот, это полная чушь. По моему опыту нередко именно в этот момент, на этапе оценки будущих эффектов, возникает первое серьезное недовольство консультантами. Что бы ни говорили некоторые из них, прямые выгоды, связанные со снижением складских запасов, экономией на персонале, снижением затрат на ремонты или оборачиваемостью средств, это в среднем 20—25 % всех положительных эффектов от комплексного ERP-проекта.

Мировой опыт эксплуатации систем управления компанией говорит, что основные выгоды лежат в области непрямых, дополнительных эффектов, эффектов второго уровня. Такие эффекты хорошо известны:

1) организационные изменения (распределение обязанностей и ответственности);

2) рост эффективности и регламентация процессов (производственная и финансовая дисциплина);

3) единое информационное пространство (достоверность и доступность информации);

4) снижение риска принятия ошибочного управленческого решения;

5) стандартизация процессов, документов, отчетности, поддержки ИТ-систем.

В реальности после проведения мало-мальски комплексного проекта компании очень сильно меняются. Меняются процессы, дисциплина, управленческие приемы, изменяется эффективность некоторых процессов, причем не столько количественно, сколько качественно. Иными словами, меняются культура и подходы к ведению бизнеса. К сожалению, понятно, что эти потенциальные выгоды очень трудно оцифровать. Именно поэтому консультанты предпочитают говорить о таких эффектах только в качественном аспекте, что сильно раздражает многих руководителей.

Тем не менее определенная практика оценки подобных эффектов существует, и ваш покорный слуга имел такой опыт. Подобные оценки должны опираться на некий набор ключевых показателей функционирования компании (KPI), а-ля BSC, то есть показателей не только финансовых. Подход здесь должен быть примерно такой:

1) выделяются факторы и процессы управления, на которые предположительно окажет влияние внедряемый проект;

2) формулируются ключевые показатели, которые могут измерить эти процессы;

3) прогнозируется изменение величин ключевых показателей, к которым приведет внедрение информационной системы;

4) оценивается воздействие предполагаемых изменений на стоимость предприятия, выработку на одного работника и т. д.

Последний пункт, собственно, не так уж и обязателен, поскольку цель определения эффекта и без того достигнута, пусть и не в финансовых показателях. Однако по своему опыту должен сказать, что такой анализ существенно сложнее, нежели подсчет эффекта по прямым выгодам. Именно из этой сложности проистекают высказывания о невозможности оценки эффекта от внедрения ERP-системы.

Но это еще не все, есть и третий уровень эффектов, о котором часто вообще не говорят. В результате проекта меняется не только управление компанией, меняется сам ее потенциал. Компания становится более ориентированной на будущее. Появляются потенциальные возможности создания четких KPI и инструментов мотивации, снижается зависимость бизнеса от среднего менеджмента, появляются возможности для создания новых технологий взаимодействия с партнерами и клиентами. Теперь компании проще работать с инвесторами, выходить на публичный рынок. По сути это некий скрытый внутренний потенциал, который может быть реализован, если компания примет какие-то стратегические шаги. Подсчитать такой скрытый эффект практически невозможно, и я не видел ни одного подобного примера. Трудно даже говорить о каких-то теоретических принципах подобной оценки. При таком понимании эффект от внедрения ERP-системы посчитать нельзя.

В общем, когда вам в очередной раз будут говорить, что эффекты от внедрения ERP-системы подсчитать можно (или нельзя), спросите, что говорящий понимает под эффектом от внедрения системы управления компанией.

1.3. Принципы классификации систем управления

Руководители предприятий, внедряющие или разрабатывающие системы управления, неоднократно отмечали, что почти все предлагаемые программные системы имеют приставку ERP и позиционируются как полнофункциональные комплексные управленческие системы, обеспечивающие автоматизацию всех основных бизнес-процессов любого предприятия. Их рекламные материалы отличаются только дизайном, практически полностью совпадая по содержанию. В чем же преимущества одной системы перед другой?

Тендеры на выбор системы управления, проводимые сегодня, формулируют требования таким образом, что в числе участвующих программных решений наряду с «1С», «Парусом», «Финансовой коллекцией», БЭСТ, «Сферой/5» и BS Integrator иногда появляются системы SAP R/3 и Oracle. Как выбрать оптимальную?

Прежде всего, необходимо предложить подход к классификации управленческих информационных систем, позволяющий предприятию более четко формировать список стратегических и операционных задач управления и определять критерии для выбора системы.

Достаточно длительное время использовалась классификация, предложенная российским экспертом Игорем Карпачевым, подразделяющая системы на четыре класса (локальные — системы для малого бизнеса, финансово-управленческие, средние интегрированные и крупные интегрированные) в зависимости от типа предприятия.

Но такая классификация не лишена недостатков и в значительной степени является обобщенной. К примеру, совсем не обязательно использование холдингом единой крупной интегрированной системы, так как задачи, решаемые на уровне холдинга и оперативного управления бизнесом, — разные.

Основные задачи холдинга — управление доходностью капитала и стоимостью как всего бизнеса, так и его отдельных направлений. Большинство украинских холдинговых структур — это многопрофильные компании, которые ведут оптовую и розничную торговлю, занимаются производством товаром и материалом, предоставляют широкий спектр услуг. Для каждой сферы бизнеса применяются специализированные методы управления. Соответственно необходимы системы не только реализующие эти методы, но и наиболее подходящие для конкретной отрасли бизнеса.

Нечеткость определений в классификации Карпачева позволяет многим компаниям свободно манипулировать устоявшимися на западном рынке терминами и перемещать предлагаемую ими систему из одного класса в другой с целью вывести ее на один уровень с западными ERP-системами. В подобном случае, предприятие обращается к независимым экспертам. Но ситуация усложняется тем, что независимые эксперты в большинстве случаев не только имеют партнерские договора с поставщиками программного обеспечения, а иногда и часть собственности в этих компаниях, но и экспертами оказываются далеко не всегда. Ведь для того, чтобы сделать квалифицированное сравнение систем, нужно глубоко их изучить. А в данных условиях это достаточно сложно. Поэтому выводы чаще всего делаются на основе маркетинговой (поверхностной) информации, а не полномасштабного анализа.

Тендеры 2006 года показывают, что формулирование требований к управленческой информационной системе, подготовленных для предприятий некоторыми «независимыми» консалтинговыми компаниями, отражают сугубо бухгалтерский взгляд на хозяйственные процессы, происходящие в организации, и на методы их учета. Из перечня требований к управленческой информационной системе 90% пунктов можно свести к одному: «удовлетворение требованиям бухгалтерского учета». Оставшиеся 10% требований никак не отражают специфику деятельности предприятия. На вопрос «Почему?» консультанты отвечают, что дальнейшая проработка будет осуществляться с победителем тендера. Подобная ситуация свидетельствует о том, что выбор осуществляется неквалифицированно, с определенной степенью предвзятости. А это значит, что выбранная система вряд ли сможет стать инструментом управления компанией. Так возникла необходимость разработки нового подхода к классификации информационных систем, основанной на ряде принципов:

— соответствие стратегическим и оперативным целям предприятия;

— определение четких критериев, по которым управленческие информационные системы можно отнести к тому или иному классу;

— взаимосвязь между бизнес-задачами предприятия и функциональной полнотой систем, направленных на их решение.

Для классификации необходимо использовать следующие понятия: категория, класс, вид, тип.

Распределение на категории осуществляется исходя из количества задач на каждом уровне управления и значимости этих решений для предприятия.

Одним из главных критериев разбиения управленческих информационных систем на классы должна являться полнота их реализации. Другое дело, что на некоторых предприятиях часть функций или осуществляется формально, или не в полном объеме, или основывается на недостоверных данных.