Смекни!
smekni.com

Новое в словообразовательной системе современного французского языка (стр. 13 из 17)

Надо отметить, что clé, выступая в роли вторых компонентов изучаемых образований, расширило свое значение и сферу употребления, оно может сочетаться не только с существительными, обозначающими предметы или явления, но и лица. Так в современном французском языке встречаются примеры: temoin-clé, personnalité-clé, что свидетельствует о продуктивности данной модели.

Как показывают примеры, ко второй категории были отнесены элементы, сдвиг в значении которых по сравнению со значением их свободных коррелятов представляет собой глубокую семантическую трансформацию. Сравнение семантической структуры единицы в свободном употреблении и ее значения в составе производных конструкций позволяет заключить, что происходит становление нового обобщенного значения этой группы. При этом одна архисема заменяется другой и общность значений определяется потенциальной семой, которая актуализировавшись, вытесняет из семантемы дифференциальные компоненты. Лишенная поддержки дифференцирующих сем, семантема обобщается, превращается в категориальное значение, а выражающий ее элемент присоединяется, подобно словообразовательным формантам, к различным первым компонентам, образуя производные конструкции.

Такими частотными компонентами, у которых в составе образований N1+N2 появляется обобщенное, очень близкое категориальному, значение, позволяющее ему образовывать своеобразные словообразовательные ряды по образу и подобию аффиксальных производных, являются следующие: -clé, -phare, -charnière, -pilote и другие. Именно такие элементы сообщают многим конструкциям структуры N1+N2 признаки образования, построенного по структурно-семантической модели суффиксальных производных.

Итак, сделаем выводы из вышесказанного: семный анализ вторых компонентов данной подгруппы в сравнении с их свободными коррелятами выявил значительную степень семантического отрыва компонента в конструкции от прямого номинативного значения лексемы в свободном функционировании. Компонент в конструкции не имеет значения, совпадающего со значением коррелятивного ему автономного слова.

Таким образом, мы не можем согласиться с точкой зрения Н.М. Малкиной и Н.А. Штейнберг, которые относят образования с компонентами –clé, -pilote, -choc к сочетаниям слов утверждая, что семантическая связь существительного этимона и соответствующего второго компонента не нарушена, и что эти компоненты в свободном субстантивном употреблении имеют аналогичное прямое или переносное значение [14, 71].

В подтверждение этому мнению приведем пример: значение clé в конструкции la clé du problème не адекватно значению clé в образовании problème-clé.

Таким образом, следует сделать вывод, что сравнение семантической структуры вторых элементов в составе производственных конструкций и их автономных коррелятов показывает, что у этих элементов наблюдается становление нового обобщенного значения, близкого словообразовательному. Такое значение появляется у элементов на основе семантической структуры, которая была присуща ему как отдельному слову, но следует отметить, что это значение выступает всегда в преобразованном виде – с большей степенью обобщения, приближаясь к категориальному значению.

§2. ТЕЛЕСКОПИЯ КАК ОДИН ИЗ АКТИВНЫХ СПОСОБОВ

СЛОВООБРАЗОВАНИЯ СОВРЕМЕННОГО ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА

а) ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ПРИРОДА ТЕЛЕСКОПИИ

Наряду с перечисленными способами словообразование эффективным способом выражения стилистической коннотации в словообразовании современного французского языка выступают так называемая телескопия или контаминация лексических единиц. В настоящее время телескопия является очень эффективным способом пополнения словарного состава французского языка, это подтверждается тем, что в процессе исследования было обнаружено 300 телескопических образований.

О том, что суть телескопии и смежных с ней вопросов еще не раскрыта учеными до конца, свидетельствуют такие факты, как, например, терминологический разнобой не только в плане обозначения самого явления телескопии, но также и в отношении названия производных образований, возникающих в результате ее действия, равно как и отсутствие единства взглядов относительных временных границ ее появление и функционирования в том или ином языке.

Результаты исследования, полученные различными авторами в области контаминированных образований, показывают, что телескопия является одним из самых древних способов образования слов и одним из сравнительно менее изученных до настоящего времени, главным образом во французской лингвистике.

В лингвистической литературе широко распространено мнение, согласно которому телескопия возникает как проявление народной этимологии или же аналогии [16, 63].

Кроме того, в работах отдельных исследователей, например, В.М. Лейчика, можно встретить и другие взгляды по этому вопросу, говорящие о телескопии как о самостоятельном способе словообразования [16, 38].

Следовательно, для того, чтобы выявить и определить действительную лингвистическую природу телескопии, необходим комплексный подход на фоне сравнения и изучения ее с другими «родственными» языковыми феноменами, с которыми у нее есть как общие черты, так и существенные различия лингвистического характера.

Так, например, телескопия отличается от народной этимологии, во-первых, тем, что она является произвольным приемом в создании новых слов. Во-вторых, она действует в языке по уже установившимся моделям, преследует определенную цель и представляет собой вполне сознательный процесс.

Народная же этимология, отмечает Ж. Вандриес, это ошибка в речи, допускаемая в основном при употреблении заимствованных слов [16, 169].

Например: «пиджак» (англо-голландского происхождения) превратился «в речи малокультурных людей», в «спинжак», «поликлиника» и «палисадник» – в «полуклинику» и «полусадик»; французские слова contredanse, choucroute восходят к английскому contrydance и немецкому диалектному Surkrut. Согласно высказыванию А. Доза, народная этимология «действует слепо в словах сходных по структуре, как бы велика не была разница их значений» [36, 186].

Нельзя отрицать ту большую роль, которую сыграла и продолжает играть аналогия в процессе развития языка и в особенности в словопроизводстве. В силу действия аналогии, или модели, слово sanglouter, например, приняло форму sangloter, voyouser возникло под влиянием глагола jalouser. Перечень единиц, созданных по аналогии, может быть продолжен из области суффиксальных и так называемых интерфиксальных образований, например: слово bleu-s-aille образовалось вслед за словом grisaille, отсюда bleu-s-ir вместо bleuir. Под влиянием gueusard – нищий, бездельник в языке появились аналогичные образования, как banlieusard – житель пригорода, bondieusard – ханжа, и другие.

Следует однако отметить, что даже при наличии в языке закона аналогии, закона «упорядочений» лингвистических факторов, не всегда можно определить реальный путь создания слова и достоверно идентифицировать его производящую основу. В этом плане аналогия в какой-то мере сближается с народной этимологией и телескопией. Например глагол fenailler, по всей вероятности, образовался по аналогии со многими другими словами, оканчивающимися на суффикс –aill (er). Однако, после выделения указанного форманта, остаточный корневой элемент ничего не говорит о том, что послужило производящей основой для данного образования. Судя по контексту производное fenailler восходит к глаголу faire.

Например: Morts parce que le con qui dort épouse le miaulement de la chatte noire qui mord son mari quand il lui fenaille un enfant. Несмотря на это, этимология этого слова остается гипотетической.

В понимании Г. Пауля, контаминация – это «явление, заключающееся в том, что две синонимические или в чем-либо родственные формы выражения мысли возникает в сознании рядом друг с другом, так что ни одна из них не реализуется в чистом виде, а вместо этого возникает новая форма, в которой элементы одной формы смешиваются с элементами другой [16, 213].

Многие ученые утверждают, что телескопия происходит обдуманно, преднамеренно. Преднамеренность в образовании «смешанных» контаминирования типа является одним из основных факторов в разграничении телескопии от аналогии К. Сунден и другие лингвисты придерживаются мнения, что телескопные слова создаются исключительно предумышленно, что их и отличает от слов, возникающих по аналогии [16, 172].

Е.М. Чаадаевской склонна опровергнуть данную точку зрения, полагая, что прием телескопии не является результатом преднамеренного словотворчества. Но в отличие от Ю.Ю. Дешериевой, которая говорит о спонтанном проявлении контаминации, она менее категорична в этом отношении. «Если и можно назвать эти слова предумышленными, - оговаривает Е.И. Чаадаевская, - то только в том смысле, что человек, создающий каждое телескопное слово, сознательно использует существующую в языке объективную словообразовательную закономерность [16, 172].

Следовательно, ставить знак равенства между такими различными лингвистическими явлениями, как телескопия, народная этимология и аналогия (несмотря на их тесные связи) представляется неправомерным.

Безусловно, телескопия имеет право на самостоятельное существование и в этом можно вполне согласиться с В.М. Лейчиком, подчеркнувшим, что телескопные слова образуются по исконно присущим языку словообразовательным закономерностям, и что в конечном итоге телескопные слова представляют собой «вполне самостоятельный словообразовательный тип» [16, 173].

Следует отметить, что телескопия служит в основном для обновления и пополнения экспрессивно-стилистической лексики в языке, которая часто используется в целях достижения комического эффекта в разговорной речи.

б) ФУНКЦИИ ТЕЛЕСКОПИИ: СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ,