Мир Знаний

Зарубежный опыт управления на примере Соединённых Штатов Америки (стр. 3 из 3)

Вместе с тем они не имеют право на изменение у себя формы правления, закрепленную Конституцией США, на выход из федерации по собственному желанию, на внешнеполитическую и военную деятельность, эмиссию денег и контроль над денежным обращением, но они ограничены в финансовой сфере и установлении квот на иммиграцию, и ряд других прав, определенных общенациональными программами.

И, наконец, обратимся к судебной власти США. Наряду с законодательной и исполнительной властью важное место в политической структуре президентской власти занимает третья власть – Верховный суд и судопроизводство США, обязанностью которых является осуществление надзора за соблюдением Конституции и законов. Со времени своего учреждения Верховный суд признал противоречащим Конституции более ста федеральных законов, тысячи законов штатов, решений и распоряжений органов исполнительной власти на всех уровнях. Некоторые решения Верховного суда в качестве Конституционного даже стали крупным событием в политической жизни США. Например, то, что в США осуществлена свобода вероисповедания, равно как и невмешательство государства в дела церкви, а церкви – в дела государства.

В США только президент назначает членов Верховного суда и других федеральных судей. Все президентские назначения подлежат одобрению сенатом Конгресса США. В то же время на свою должность члены Верховного суда США назначаются пожизненно. В этом – важная конституционная гарантия их независимости от президента и Конгресса. Президент не имеет право отправить в отставку члена Верховного суда или кого-либо из федеральных судей. Свой пост член Верховного суда может покинуть только по собственному желанию или в результате импичмента, процедура которого распространяется на всех федеральных судей.

И все же, практика судебной власти в США показывает, что их независимость от исполнительной власти не является абсолютной, но все же судебные инстанции в подавляющем большинстве выносят вердикты, основанные не на политической целесообразности, а на нормах права.