Смекни!
smekni.com

Специфика ведения интервью (стр. 6 из 7)

Арбенина: «Знаменитая певица» - это как-то, правда, не обо мне…

Толстая: Хорошо. Хорошо. Но «знаменитая» - это нам судить. А синонимы? Популярная, известная?

Арбенина: Популярная?

Толстая: Правда, гаже?

Смирнова: Хорошо. Крупный поэт. Так лучше?

Арбенина: Вы надо мной издеваетесь, что ли?

Смирнова: А вы? Над нами.

Арбенина: Крупный поэт, тоже, нет. Безусловно, нет.

Смирнова: Ну, предложите.

Арбенина: Хорошо. Я скажу просто: Диана Арбенина. Все.

Смирнова: Нет. Это «вас зовут Диана Арбенина» - это, безусловно, эффектный пиар-ход. Я вас поздравляю. Я не понимаю, почему зрители не аплодируют.

Поэтому тактику интервью сразу пришлось менять. До этого ведущие хотели сначала поговорить, присмотреться к Диане, но агрессивное оппозиционное поведение Дианы вынудило ведущих сразу “раскрыть карты” и высказать главную “претензию”, начать спор.

Смирнова: Мы изучали ваши интервью. Это замечательно: у вас складываются такие формулы, напористые, агрессивные. Вы их выдаете, и мы понимаем, что на молодежную аудиторию это действует. Мы - старые тетеньки, нам нравятся ваши песни, но вот это на нас решительно не действует. Поэтому весь этот напор, и эффектное "я - космополит!", "меня волнует…", как вы там сказали… секунду… - "меня волнует наводнение в Чехии"…

ДА: Что-что?

Смирнова:Я вам покажу. Девушка, я вам покажу!

Следующие несколько минут разговора ведущие придерживаются тактики “учителя - ученик”, “экзаменаторы - студент”. Диана и сама замечает, что сидит, как на экзамене, который она, по своим ощущениям, проваливает. Ее уличают в незнании грамматики русского языка, бессвязности и нелогичности фраз, пафосности и “игре на публику”, “показухе”. Они как будто хотят надавить на Арбенину весом своего опыта, большей эрудированности, возраста, роли в программе, и тем самым заставить ее быть самой собой, перестать выкрикивать громкие лозунги, а заговорить с “человеческой интонацией”. Их политика – подкупающая честность. О своих намерениях и целях они прямо говорят гостье. Кажется, Диана понимает, немного успокаивается. Беседа переходит в более мирное русло.

Теперь настала очередь провокационных вопросов.

Толстая: Диана, ну вот что сейчас хотела спросить. Вот что мне нравится? Что мне нравится в Диане Арбениной? Мне нравится, что вы создали такой образ, сначала, на первом уровне, образ брошенной лесбиянки. И раненой потерей своей. Раненой тем, что любовь была и разбилась. К чертовой матери, вдребезги. И вот этот вот (начинает говорить с пафосом и с прононсом) крик горького отчаяния, с этой носовой интонацией, я вот так лечу, да… И вот там самолеты… и все это… И вот этот вот крик становится не просто криком брошенной и все потерявшей лесбиянки, а вообще души, у которой… (опять с прононсом) Да, у меня все отняли! А я все равно! Да! ….Вот такое. Вот это очень нравится.

(Смирнова смеется)

ДА: (мрачно) Дальше.

Толстая:Ваши комментарии.

ДА: Не комментирую. На первом этапе. Дальше.

Пародируя голос и гиперболизируя немного позерскую манеру говорить Дианы Арбениной, Толстая, используя свои незаурядные актерские таланты, пытается вновь вывести гостью из равновесия, заставить оправдываться. Арбенина понимает тактический ход – она и так, по своим собственным словам, ожидает от ведущих только нападок. Она выбирает тактику ухода от ответа. Ведущие пытаются пробиться сквозь эту стену большим количеством новых вопросов. Тогда Диана отвечает новыми пышными “шлифованными” фразами, но ведущие разбивают в пух и прах каждый ее новый ответ, и, в конце концов, почти жестоко осмеивают слова, которые она пытается представить как экзистенцию своего творчества.

Смирнова: А влюбленность для вас это зависимость, привязанность?

Толстая: Просто чистое счастье, может быть?

ДА: Реально сейчас могу сказать, что это созерцательная красота.

(пауза)

Смирнова: Простите, это созерцание красоты или красота созерцания?

ДА: Просто созерцательная красота.

Смирнова: Так не может быть просто.

ДА: Может.

Толстая: Это красота что созерцает. Вы вслушайтесь!

ДА: Это отличная фраза! Вы что!

Толстая: Это ничто не означает.

ДА: Как это! Это созерцательная красота.

Смирнова: Кто объект, а кто субъект?

ДА: Давайте не будем говорить о поэзии "шершавым языком плаката". Опять же вашими словами.

Смирнова:Нет-нет. Есть грамматика. Либо есть смысл, либо нет.

ДА: "Созерцательная красота" - это формула, которую я придумала только сейчас. И которая очень сильно определяет то, что я чувствую, когда влюблена.

Смирнова:Кто созерцает?

ДА: Ну не будем… кто… созерцает… Разумеется…

Толстая: То есть, вы созерцаете красоту, да?

ДА: Да.

Толстая: То есть, это - созерцание красоты. Или созерцаемая красота?

ДА: Нет, это деепричастный оборот. А, это пассивный на самом деле. Что уже плохо. А созерцательная красота это та, на которую ты смотришь, и на которую ты не претендуешь. Поэтому она созерцательная красота.

Смирнова: То есть язык, к чертовой матери, изнасиловали.

Толстая: Тем более, что это не деепричастный оборот.

ДА: Нет, нет… Как вы сказали? Созерцаемая?

Толстая: Это пассивное причастие. А не деепричастие.

ДА: Деепричастие у меня всегда ассоциировалось с…

Толстая: Пусть не ассоциируется больше.

И вот в этот момент, когда Диана очень нервничает (это видно из ее жестов – она много артикулирует, потирает руками углы стола), чувствует себя, скорее всего, как студент-двоечник, Дуня Смирнова, как и собиралась в начале программы, спрашивает ее о политике, ее отношении к современным тенденциям развития общества. Происходит интересная вещь: Арбенина, хотя и не сразу, но достаточно открыто, и, главное, искренне, говорит серьезные , продуманные, глубокие вещи, без лишнего пафоса и “шлифованности”. Метаморфозы происходят с Дуней Смирновой – из охотницы она превращается в союзника, соглашается с мнением гостьи и в серьезном, не ироничном тоне, продолжает разговор. Теперь и шутки и остроты ведущих направлены не против Арбениной и ее реплик, а в поддержку темы разговора.

Такая боле ровная беседа почти “на равных” продолжается до конца передачи. Например, следующий спор с ведущими, на этот раз о штампах и клишированной речи, Диана хоть и проигрывает, но более достойно. В чем-то ей удается отстоять честь фразы “Я осознанно прохожу свой путь”.

В этой части разговора Диана применяет интересную тактику защиты от каверзных вопросов на серьезные темы – она мечтательным голосом рассказывает о своей вчерашнем концерте и желании оказаться сейчас не в этой студии, а на веранде с чашечкой чая… “А вы мне тут – субъект! Объект!” – как бы с иронией завершает она “исповедь”. Ведущие применяют еще более интересную и необычную тактику противодействия: пользуясь своими ролями направляющих в беседе, установившихся ролей “экзаменатор-студент”, они игнорируют просьбы гостьи не говорить о политике. До конца передачи продолжается интересная беседа, в которой Диана выглядит спокойнее, более искренне и… взрослее, чем в первой половине интервью.

Заканчивается передача на позитивной ноте:

Смирнова: Вы считаете, что этого достаточно? Понимаете, вот то что вы описали как состояние страны, состояние там этноса, нации, как угодно… И то что мы чувствуем полную солидарность с вами, как нам кажется, уже действительно близко к катастрофе, и требует некого общего усилия. Сами не знаем, где и как оно лежит.

(…)

ДА: А я делаю это, безусловно.

-Делаете?

ДА: Да. Я даю концерты. Прошу прощения, и это совершенно честно, и каждый как последний концерт. Вот это все, что я могу делать. Максимум.

Толстая: Это не все, это неправда. Это – необходимое. Вот есть необходимое и достаточное, да? Вернее так. Это, понимаете, ваши концерты – это основа того, чем вы становитесь для многих, многих людей. Вы обращаетесь к ним и они вас слышат. Но помимо того мощного, талантливого, внятного как бы художественного сообщения, как бы вы посылаете образ, который откладывается у них в подкорке. Иногда наступает момент, когда нужно сказать абсолютно прямыми, простыми штампами: что ты думаешь по поводу того, что происходит. Вот мне кажется, сейчас такой момент. Вы согласны?

ДА: Да, я имею смелость об этом говорить, и я об этом сказала.

Смирнова: Вас, собственно, за это может быть и любят.

ДА: Да ладно…

Смирнова: Нет, и мы считаем, что это важно, что вы это сказали и спасибо вам за это.

Ведущие закончили ненавязчивыми, заслуженными комплиментами. Может быть, Арбенина и не совсем выдержала “экзамен”, но оставила очень хорошее впечатление, а ведущим удалось завершить сложную беседу без горького осадка на полу студии.

Но горький осадок, однако, выпал на дно “кухни”. Только что одержав победу над “пафосным выпендрежем” солистки “Ночных снайперов”, ведущие, как приличные светские дамы, “перемыли” гостье “косточки” за кадром. Сказали все верно, но за Диану обидно. Но, с другой стороны, передача называется “Школа злословия”, а не “Институт добронравия”.

Заключение

Эта работа представляет собой лишь самое поверхностное исследование существующих тактик ведения интервью. Как уже говорилось выше, подобных тактик существует неопределенное количество, ровно столько, сколько интервью было взято за всю историю журналистики. Каждая – богатейший материал для научных исследований, неповторимое сочетание психологических, социо-лингвистических, культурных и профессиональных особенностей как самого журналиста и его собеседника, так и аудитории.