Мир Знаний

Валютный рынок России и валютное законодательство (стр. 10 из 13)

Рис. 2. Уровень экономического развития и уровень относительных цен в 1996-2000

Суть этой закономерности можно сформулировать следующим образом. Каждому значению уровня экономического развития соответствует присущий ему уровень (или присущая ему полоса значений) относительных цен. Повышение производительности труда, приводящее при прочих равных условиях к росту ВВП на душу населения, влечет за собой и соответствующее повышение уровня относительных цен. Параметры линии тренда, наилучшим образом описывающего облако рассеяния наблюдений, позволяют рассчитать значения ожидаемого (предсказанного) уровня относительных цен в зависимости от уровня экономического развития. Расстояния от точек, характеризующих наблюдения, до линии тренда представляют собой величины долгосрочных отклонений фактических значений относительных цен от их предсказанного уровня.

Закономерность, связывающая уровень относительных цен в странах мира с уровнем их экономического развития и отраженная на рис. 1, позволяет рассчитать значения предсказанного уровня относительных цен для России и сравнить их с фактическими значениями последнего десятилетия (рис. 3).

Рис. 3. Уровень относительных цен (предсказанный и фактический) в России в 1992

Низкие значения уровня относительных цен в России в 1992 – 1993 гг. объясняются влиянием большого объема накопленных диспропорций накануне либерализации цен и медленной адаптацией российской экономики к работе в новых условиях. Начиная с 1994 г. фактические значения уровня относительных цен приближаются к предсказанным значениям и либо совпадают с ними, либо их превышают. Наиболее высокая степень совпадения фактического уровня цен с предсказанными значениями приходится на 1994, 1999 и 2000 гг. — годы, когда установление этого уровня происходило в большой степени естественным путем - без значительного воздействия как со стороны государства, так и со стороны краткосрочных колебаний конъюнктуры.

Наибольшие же отклонения от предсказанного уровня относительных цен отмечались в 1996 – 1997 гг. во время проведения политики "валютного коридора", поддерживавшей искусственно завышенный уровень относительных цен. Данные 1995 и 1998 гг. являются промежуточными, поскольку на эти годы пришлось соответственно строительство и разрушение "валютного коридора". Увеличение масштабов отклонения фактического показателя уровня относительных цен в 2001 г. от предсказанного отражает повышение реального курса рубля из-за значительного притока иностранной валюты вследствие роста мировых цен на энергоносители.

Рис. 3 позволяет получить представление о связи между уровнем относительных цен и темпами экономического роста. За исключением непоказательных по понятным причинам 1992 и 1993 гг. для остальных лет обнаруживается следующая закономерность. Максимальные темпы экономического роста, отражаемые горизонтальной длиной сдвига точки вдоль оси Х вправо, отмечаются тогда, когда фактические значения уровня относительных цен в наименьшей степени отклоняются от предсказанных значений (1999, 2000 и 2001 гг.). Нарастающее отклонение от линии тренда, отмеченное в 2001 г., сопровождалось замедлением темпов экономического роста. В те же годы, когда размеры отклонений фактических значений от предсказанных оказывались наибольшими (за единственным исключением 1997 года), темпы экономического роста были отрицательными.

Образно говоря, непосредственно вблизи линии тренда предсказанных значений уровня относительных цен действует своего рода "течение", способствующее экономическому росту. Сила такого "течения" ослабевает при удалении фактических показателей от линии тренда — сопротивление среды возрастает, темпы экономического роста снижаются. При значительных отклонениях фактического уровня цен от предсказанных "течение" начинает действовать в обратном направлении, а сила его такова, что темпы экономического роста становятся отрицательными.

Ссылаясь на статистические данные, исследования, полученные в Институте экономического анализа, и работы других авторов, А. Илларионов в статье [6] убедительно обосновывает несколько ключевых выводов.

Главный вывод заключается в том, что отрицательная связь между уровнем реального эффективного курса рубля и темпами прироста большинства показателей, характеризующих основные сферы экономической активности в стране, носит устойчивый, статистически значимый характер. Среди показателей, связь которых с уровнем реального курса рубля не является статистически значимой, можно отметить лишь оборот розничной торговли, импорт товаров, реальные располагаемые денежные доходы, а также электроэнергетику — отрасль, относимую согласно международным стандартам классификации видов экономической деятельности, к сфере услуг, но в российской статистике рассматриваемую как отрасль промышленности. Продукция электроэнергетики и розничной торговли, относимая к так называемым non-tradables, мало подвержена воздействию международной конкуренции. Тем не менее даже для этих показателей угол наклона линии тренда оказывается отрицательным.

Следует обратить внимание на то, что особенно сильная отрицательная связь с реальным эффективным валютным курсом наблюдается для таких показателей, как промышленное производство (в особенности такие ее отрасли, как машиностроение и металлообработка, легкая промышленность, химическая и нефтехимическая промышленность, черная и цветная металлургия), валовой внутренний продукт, коммерческий грузооборот транспорта, инвестиции в основной капитал, экспорт товаров (см. [6], рис. 7, 8).

Анализ воздействия реального валютного курса на изменение структуры промышленного производства приводит к не менее значимым выводам (см. [6], рис. 9 и табл. 2). В периоды приблизительного соответствия фактических значений реального эффективного курса рубля его предсказанным значениям темпы прироста производства в отраслях с более высокой степенью переработки были более высокими, чем в среднем по промышленности, а также в отраслях с низкой степенью переработки. В результате их доля в общем объеме промышленного производства возрастала. И наоборот, в периоды завышения реального курса рубля более быстрыми темпами развивались отрасли с низкой степенью переработки, и тогда их доля в общем объеме промышленной продукции увеличивалась. В результате удельные веса двух макроподгрупп отраслей промышленности ("сырьевых" и "перерабатывающих") в общем объеме ее производства менялись за последние годы неоднократно.

Таким образом, удержаниефактических значений реального курса рубля в пределах полосы значений, предсказанных в соответствии с уровнем экономического развития, во-первых, только благотворно влияет на темпы экономического роста, во-вторых, способствует структурным сдвигам в промышленности в пользу перерабатывающих отраслей. И наоборот, завышенный реальный валютный курс не только препятствует экономическому росту, но и способствует упрощению отраслевой структуры промышленности и ее изменению в пользу сырьевых отраслей.

2.3.4. Анализ и обобщение новейшей истории реального курса рубля

Обобщая статистические данные последних десяти лет, автор статьи [6] прослеживает определенную тенденцию взаимосвязи реального курса рубля и экономического роста в стране.

С момента либерализации цен в январе 1992 г. примерно два с половиной года ушли на адаптацию российской промышленности к работе в новых условиях. За это время было прекращено производство значительной части промышленной продукции, не востребованной на внутреннем и внешнем рынках. Сокращение объема промышленной продукции к июлю 1994 г. на 44% по сравнению с декабрем 1991 г. было крайне болезненным, но, очевидно, неизбежным. К середине 1994 г. процесс ликвидации неэффективного производственного потенциала был в основном завершен. Российская экономика вышла на уровень относительных цен, характерный для стран соответствующего уровня экономического развития.

Практически сразу же началось увеличение производства в промышленности годовыми темпами роста, близкими к 7%. В целом за последние пять месяцев 1994 г. объемы промышленного производства увеличились на 2,7%. При продолжении такой политики в 1995 – 1998 гг. кумулятивный рост промышленного производства за четыре года составил бы примерно 30% к уровню 1994 г.

Принципиальное изменение характера экономической политики, осуществленное в начале 1995 г. под руководством бывшего первого вице-премьера российского правительства А. Чубайса, направленное на существенное повышение реального курса рубля, и закрепление его завышенного уровня в июле 1995 г. в рамках "валютного коридора" прервали начавшийся рост. В условиях искусственного завышения реального курса рубля, поддерживавшегося, с одной стороны, высокими тарифами "естественных монополий", а с другой — массированными государственными внешними заимствованиями, возобновился экономический спад, длившийся с незначительными паузами еще почти четыре года — вплоть до сентября 1998 г. За это время российская промышленность потеряла еще примерно 10% от объемов производства 1991 г., или около 20% от объемов производства 1994 г.. За эти четыре года произошло сокращение производства ВВП в постоянных ценах 1993 г. примерно на 80 млрд. долл. при одновременном увеличении государственного внешнего долга на 53 млрд. долл. Дополнительные четыре года социально-экономического кризиса — такой оказалась цена, уплаченная российским обществом за проведение ошибочной экономической политики.