Мир Знаний

Административное пресечение как мера административно-правового принуждения (стр. 9 из 26)

- требование прекратить противоправные и иные действия, препятствующие выполнению функций государственных органов и должностных лиц;

- непосредственное применение физической силы, специальных средств и оружия;

- задержание и доставление;

- принудительное лечение страдающих заболеваниями, опасными для окружающих;

- временное отстранение от работы инфекционных больных, а также лиц, находящихся в болезненном и ином состоянии, препятствующем безопасному для окружающих выполнению ими обязанностей.

Рассмотрим каждый из подвидов мер пресечения, применяемых к нарушителю в отдельности.

Уполномоченные должностные лица (сотрудники милиции и др.) имеют право требовать от граждан и должностных лиц прекращения преступления или административного правонарушения, а также действий, препятствующих осуществлению их полномочий, законной деятельности депутатов, кандидатов в депутаты, представителей государственных органов, учреждений и общественных объединений. Сущность этой меры пресечения заключается в указании правонарушителю на немедленное прекращение совершаемых им действий.

Учитывая особый характер таких мер административного пресечения, как применение огнестрельного оружия, специальных средств и физической силы, необходимо выделить их в группу специальных мер административного пресечения. Такая внутригрупповая классификация весьма значима, так как позволяет более точно отразить правовую природу названных мер. В частности, той ее стороны, что применение специальных мер административного пресечения чаще всего связано с воздействием на физическую сущность лица, подвергнутого принуждению. По данному признаку некоторые авторы называют применение физической силы, специальных средств и оружия мерами непосредственного воздействия[75]. В то же время другие авторы непосредственность воздействия связывают лишь с применением физической силы[76]. Мне хотелось бы согласиться с позицией тех авторов, которые считают, что применение физической силы, специальных средств и оружия – меры непосредственного физического воздействия, так как названные правовые средства, во-первых, применяются немедленно (непосредственно) при обнаружении правонарушения с целью его пресечения, во-вторых, представляют собой воздействие физического свойства и, в-третьих, направлено в большинстве случаев на физическую сторону объекта воздействия[77].

Сотрудники милиции и других правоохранительных органов, а также иных государственных органов и уполномоченные на то законом представители негосударственных объединений имеют право применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, для пресечения преступлений и административных правонарушений, задержания лиц, их совершивших, преодоления противодействия законным требованиям, если ненасильственные способы не обеспечивают выполнение возложенных на них обязанностей.

Сотрудники милиции, ФСБ и других специальных служб обладают правом применять специальные средства: резиновые палки, слезоточивый газ, наручники, светозвуковые средства отвлекающего воздействия, средства разрушения преград, средства принудительной остановки транспорта, водометы, резиновые пули, бронемашины, специальные окрашивающие средства, служебных собак и др. Полный перечень специальных средств устанавливается Правительством Российской Федерации. Основания и порядок их применения регламентируется Законом «О милиции» и др., постановлениями Правительства Российской Федерации[78] и иными нормативными актами. В частности, сотрудники милиции имеют право применять специальные средства, находящиеся на вооружении милиции, для отражения нападения на граждан и сотрудников милиции, для пресечения оказываемого сотруднику милиции сопротивления, для пресечения массовых беспорядков и групповых действий, нарушающих работу транспорта, связи, предприятий, учреждение и организаций, для освобождения захваченных зданий, помещений, сооружений, транспортных средств, земельных участков и т.д.

Специальные средства и интенсивность их применения избираются с учетом складывающейся обстановки, характера правонарушения и личности правонарушителя. При их применении должна сводиться к минимуму возможность причинения вреда здоровью граждан. Запрещается применять специальные средства в отношении женщин с видимыми признаками беременности, лиц с явными признаками инвалидности и малолетних, кроме случаев оказания ими вооруженного сопротивления, совершения группового либо иного нападения, угрожающего жизни и здоровью людей, а также при пресечении незаконных собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций ненасильственного характера, которые не нарушают работу транспорта, связи, предприятий, учреждений и организаций.

Перечисленные в предыдущем параграфе особенности мер административного пресечения целиком относятся к применению огнестрельного оружия сотрудниками милиции и достаточно полно характеризуют данную меру принуждения. Вместе с тем, юридическая природа применения и использования огнестрельного оружия имеет существенные особенности, отличающие эту меру от других мер административного пресечения, в том числе специальной группы.

Применение огнестрельного оружия чаще всего связано с пресечением преступлений. Поэтому возникает вопрос, является ли эта мера административно-пресекательной, входит ли она в систему административного принуждения? Положительный ответ на данный вопрос можно аргументировать следующим:

- огнестрельное оружие применяется субъектами административной власти, и только ими, а все остальные субъекты права (должностные лица, граждане), используют его не для реализации властных полномочий, а для необходимой обороны;

- реализуется эта мера пресечения административным правом;

- применение огнестрельного оружия прямо не связано с возбуждением уголовного дела и может иметь место до возбуждения уголовного дела, после его приостановления, прекращения, а также для пресечения невиновных общественно опасных действий.

Это средство воздействия лежит на грани между административным и уголовным принуждением, но все же в большей степени относится к первому.

Главная особенность применения огнестрельного оружия, как указывают многие авторы, состоит в том, что его реализация не связана с пресечением административного проступка, а обусловлена необходимостью немедленного прекращения таких действий, которые по степени общественной опасности могут быть квалифицированны как преступные[79]. Следует заметить, что в некоторых случаях обстоятельства, служащие основаниями применения огнестрельного оружия сотрудниками милиции, внешне напоминают административные правонарушения. Так выглядит, например, попытка завладения табельным оружием работника милиции, когда задерживаемое лицо приближается к нему, отказываясь выполнить требования остановиться[80], либо создание реальной угрозы жизни и здоровью людей, водителем транспортного средства, нарушающим административные правила дорожного движения и др.

Мы полагаем, что в данном случае с помощью огнестрельного оружия пресекаются не административные проступки, - что принципиально важно, – а такие противоправные действия, которые, благодаря существованию отдельных внешних обстоятельств (например, управление транспортом в состоянии алкогольного опьянения), достигают степени общественной опасности, присущей уголовно-правовому деянию. В ряде случае, подчеркивают отдельные авторы, при умышленном либо неосторожном нарушении правил движения, квалификация противоправного деяния, как преступления и только как проступка зависит в основном от наступления вредных последствий[81]. «Законодатель, - подчеркивает Д.Н. Бахрах – не может признавать общественно опасные деяния преступлением либо по тому, что свойства деяния не до конца опознано, либо потому, что достаточно применения мер административного принуждения, либо по другим причинам»[82].

Применение огнестрельного оружия в отличие от других мер административного пресечения всегда носят активный характер, в то время как использование физической силы и специальных средств в некоторых случаях происходит в форме пассивного сопротивления: «живых коридоров», устраиваемых сотрудниками милиции; применение спецсредств для принудительной остановки транспорта либо препятствование движению толпы.

Характерной особенностью правовой природы применения огнестрельного оружия является своеобразный характер административного усмотрения в процессе реализации данной меры. Авторы, исследующие вопросы административного усмотрения, раскрывают его сущность главным образом в плане правового вывода: применять или не применять предусмотренное юридической нормой действие[83]. Однако, особенности исследуемой меры предупреждения таковы, что в ходе ее реализации немаловажным является усмотрение второго порядка (название чисто условное): какой ущерб может быть выбран сотрудником милиции, применяющим оружие? Следует учитывать, что возможности дозирования принудительного воздействия здесь иные, чем, скажем, при выборе приемов единоборства, а тем более – размера штрафа. Видимо поэтому статья 12 Закона «О милиции» обязывает сотрудника милиции в случаях применения огнестрельного оружия лишь стремиться к причинению минимального ущерба в каждой конкретной ситуации.

Таким образом, усмотрение в процессе применения данной меры принуждения – это усмотрение с императивным условием. Причем императивность его выше, чем та, которая присуща применению специальных средств. Так, если в ходе применения резиновой палки возможен широкий выбор мест нанесения ударов, в том числе по спине и в область груди, а также силы ударов, то выстрел из огнестрельного оружия в эти же места может привести к тяжким последствиям. К тому же силу воздействия пули регулировать невозможно. В данном случае можно вести речь об объективированном усмотрении в процессе применения огнестрельного оружия, обязывающим, если позволяют обстоятельства, вести прицельный огонь по верхним либо нижним конечностям тела.