Мир Знаний

Некоторые квалифицированные виды убийства (стр. 8 из 14)

На первый взгляд, вследствие отсутствия повода к убийству или его малозначительности, поражает очевидная бессмысленность действий виновного, направленных на лишение жизни другого лица из хулиганских побуждений, отчего последние кажутся даже безмотивными и беспричинными. Однако при более пристальном рассмотрении безмотивность подобного рода убийств предстает лишь кажущейся. Повод, являясь внешней причиной преступления, тесно связан с внутренними побуждениями преступника. Более того, определенному мотиву соответствует свой, только ему присущий повод. Так, для бытовых мотивов (ревность, месть) в качестве повода характерно поведение потерпевшего, затрагивающее, по мнению виновного (но не обязательно в действительности), его личные интересы (оскорбление виновного, супружеская неверность или подозрение в ней, насилие над личностью и т.д.). Для хулиганского же мотива с его ярко выраженной антисоциальной направленностью, неуважением к обществу и этическим нормам не требуется какого-то определенного повода, чтобы совершить убийство. Личные стремления и интересы лица, совершающего убийство из хулиганских побуждений, приобретают форму разнузданного эгоизма, крайнего индивидуализма и полного пренебрежения к другим. Убийца-хулиган открыто противопоставляет себя всему и всем. "Я вам покажу, вы узнаете, каков я!" - мысленно произносит он, решаясь на преступление.

Виновный в совершении убийства из хулиганских побуждений направляет свои действия не столько против отдельной личности, сколько против общественного порядка.

Так, А. напился пьяным, взял охотничье ружье и стал бродить по улицам села. Первый выстрел он сделал в воздух около своего дома. Вторым пристрелил собаку. Затем дважды выстрелил около дома своего односельчанина, перепугав членов его семьи. Пройдя еще немного, А. увидел идущую впереди К., с которой не был даже знаком, и выстрелил в нее, причинив ей смерть. Суд правильно квалифицировал действия А. как убийство из хулиганских побуждений [38, с.133]. Виновному было безразлично, кто мог оказаться в положении потерпевшего. Ему нужен был лишь объект для внешнего выражения присущего ему стремления продемонстрировать свою пьяную "силу" и пренебрежение к обществу. Именно в этой безотносительности к определенному лицу и, наоборот, в яркой направленности против общественных норм поведения и взаимоотношений между людьми и заключается специфика хулиганского мотива убийства.

Это основное содержание хулиганских побуждений сохраняется и тогда, когда повод к совершению убийства имеется, но является крайне малозначительным. Приведем пример.

З. и А. целый день пьянствовали, а вечером, купив еще водки, подошли к реке. На берегу они встретили перевозчика - престарелого М. и пригласили его выпить с ними. Тот отказался, и З. и А. бросили его в воду. М. смог выйти из воды на берег, но они бросили его в воду вторично. При новой попытке потерпевшего встать и выйти из воды З. толкнул его. Старик, потеряв силы, утонул. З. был осужден за убийство из хулиганских побуждений, так как совершил убийство за отказ потерпевшего принять участие в организованной им и его собутыльником пьянке.З. (как и А) выражал тем самым свой взгляд на взаимоотношения между людьми, грубое пренебрежение нормами морали и правилами общежития. Потерпевший и здесь выступает в качестве случайной жертвы, личность которой безразлична преступникам. (Архив Верховного суда ТАССР. 1961 г) [38, с.135].

Наличие хулиганского мотива не исключено и в убийствах, где потерпевшими выступают родственники, знакомые и другие близкие потерпевшему люди. В этих случаях убийство хотя и осложняется личными моментами, но обусловливается опять-таки не взаимоотношениями между виновным и потерпевшим, а исключительно стремлением виновного противопоставить себя обществу. Потерпевшими и здесь могут оказаться любые граждане, поскольку в данном случае семейные и другие личные отношения являются только предлогом для выражения виновным пренебрежения к обществу и нравственным нормам поведения. Характерным в этом отношении является дело Х., осужденного судом за покушение на убийство двух или более лиц из хулиганских побуждений.

Х. вместе со своей женой Х-ой принимал участие в выпивке, устроенной рабочими сейсмопартии. Во время пьянки Х. сказал жене, что ему понравился рабочий Р. и предложил ей вступить с ним в половое сношение. Получив отказ, Х. стал наносить жене удары, снял с нее одежду, начал душить, а затем с целью убийства нанес ей несколько ударов в жизненно важные органы. Видя, что Х-а не желает выполнять требования своего мужа, Р. предложил ему оставить жену в покое, а когда заметил, что Х. его не слушает, стал заступаться за потерпевшую, оттащив ее от мужа. В ответ на это Х. набросился на Р. и нанес ему пять ножевых ранений в грудь и руку, причинив тяжкий вред здоровью.

В данном случае суд правильно расценил покушение на убийство двух лиц как совершенное из хулиганских побуждений. Поводом к убийству Х-ой явился ее отказ выполнить циничное предложение мужа. В попытке убить жену Х. выразил свои на редкость безнравственные взгляды, вступающие в глубокое противоречие с этическими нормами, из тех же хулиганских побуждений было совершено им и покушение на жизнь Р. Последний моментально из друга превратился во врага только потому, что стал помехой в стремлении совершить безнравственный поступок. И здесь покушение на убийство не было вызвано личными отношениями виновного и потерпевшего, а явилось предлогом для выражения вовне хулиганских представлений виновного о нормах поведения в обществе и семье. (Архив Верховного суда РСФСР. 1966 г.) [38, с.135].

Из специфики содержания хулиганского мотива надо исходить и при решении одного из трудных вопросов квалификации убийств - отграничения убийства из хулиганских побуждений от убийства в ссоре либо драке, совершенного на почве личных неприязненных отношений. Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 27 января 1999 г. указал, что в этих случаях необходимо выяснить, кто явился инициатором предшествовавшей убийству ссоры или драки, не был ли конфликт спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. И если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение или предшествовавшая преступлению обоюдная ссора, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

Областным судом К. был осужден за особо злостное хулиганство и убийство М. из хулиганских побуждений. Из материалов же дела вытекает, что К. и М. в доме последнего длительное время распивали спиртные напитки. Затем между ними возникла ссора, перешедшая в драку, в результате которой К. и совершил убийство М. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации указала, что при таких данных в действиях К. отсутствовали хулиганские побуждения и они (в этой части) должны квалифицироваться как убийство без отягчающих обстоятельств (БВС РФ. 1999. № 11.С. 19).

Если виновный, помимо убийства из хулиганских побуждений, совершил иные умышленные действия, грубо нарушившие общественный порядок, выражавшие явное неуважение к обществу и сопровождавшиеся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, содеянное им следует квалифицировать по п. "и" ч.2 ст.105 и соответствующей части ст.213 УК РФ [38, с.137].

В соответствии с п.12 Постановления № 1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г., для правильного отграничения убийства из хулиганских побуждений от убийства в ссоре либо драке следует выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений [5].

Например, по материалам Постановления Президиума Верховного Суда РФ № 255П06 по делу С.

С. осужден за убийство из хулиганских побуждений и с особой жестокостью. Как указано в приговоре, С., будучи нетрезвым, встретил на улице ранее незнакомого ему потерпевшего А.

Во время разговора о приобретении спиртных напитков, используя как незначительный повод тот факт, что потерпевший оскорбил его жену, С. стал избивать последнего, нанес ему несколько ударов руками и ногами по различным частям тела. Падая, потерпевший ударился о ворота гаража, а затем упал на землю. В лежавшего на земле потерпевшего С. стал бросать камни, нанося удары по голове. Потерпевший пытался отползти в сторону, закрывал голову руками. Однако С. продолжал наносить ему удары камнями по голове, причинив телесные повреждения в виде открытой черепно-мозговой травмы. В результате причиненных несовместимых с жизнью телесных повреждений потерпевший скончался на месте происшествия.

Действия С. квалифицированы судом по п. п. "д", "и" ч.2 ст.105 УК РФ.

Осужденный С. в надзорной жалобе поставил вопрос об изменении состоявшихся в отношении него судебных решений, утверждая, что убийство он совершил не из хулиганских побуждений и в его действиях не было особой жестокости.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации удовлетворил надзорную жалобу осужденного частично.

Вина С. в убийстве с особой жестокостью установлена имеющимися в материалах уголовного дела доказательствами [38, с.139-140].

Вместе с тем судебные решения изменены, поскольку вывод суда о совершении убийства из хулиганских побуждений является ошибочным.