Смекни!
smekni.com

Социальная экология (стр. 59 из 66)

Итак, в наблюдаемой и доступной изучению истории мы ви­дим сочетание социальных формообразующих закономерностей с энергетическими импульсами из недр биосферы. Последние выяв­ляются лишь при соприкосновении с общественной формой дви­жения материи, которая кристаллизует их в культурно-политические институты и памятники искусства. Это и есть по­стоянное взаимодействие истории природы и истории людей.

Гумилев Л.Н. Биосфера и импульсы сознания // Природа. - 1978. -№12.-С. 97-105.

Тема 5 ЧЕЛОВЕК И НООСФЕРА

В. И. ВЕРНАДСКИЙ. НЕСКОЛЬКО СЛОВ О НООСФЕРЕ

<...>

Все эти годы, где бы я ни был, я был охвачен мыслью о геохи­мических и биогеохимических проявлениях в окружающей меня природе (в биосфере). Наблюдая ее, я в то же время направил ин­тенсивно и систематически в эту сторону и свое чтение и свое раз­мышление.

<...>

Стоя на эмпирической почве, я оставил в стороне, сколько был в состоянии, всякие философские искания и старался опираться только на точно установленные научные и эмпирические факты и обобщения, изредка допуская рабочие научные гипотезы. Это на­до иметь в виду в дальнейшем.

В связи со всем этим в явления жизни я ввел вместо понятия «жизнь» понятие «живого вещества», сейчас, мне кажется, прочно утвердившееся в науке. «Живое вещество» есть совокупность жи­вых организмов. Это не что иное, как научное, эмпирическое обобщение всех известных и легко и точно наблюдаемых бесчис­ленных, эмпирически бесспорных фактов...

...В гуще, в интенсивности и в сложности современной жизни человек практически забывает, что он сам и все человечество, от которого он не может быть отделен, неразрывно связаны с био­сферой - с определенной частью планеты, на которой они живут. Они геологически закономерно связаны с ее материально-энергетической структурой.

В общежитии обычно говорят о человеке как о свободно жи­вущем и передвигающемся на нашей планете индивидууме, кото­рый свободно строит свою историю. До сих пор историки, вооб­ще ученые гуманитарных наук, а в известной мере и биологи, соз­нательно не считаются с законами природы биосферы - той зем­ной оболочки, где может только существовать жизнь. Стихийно человек от нее не отделим. И эта неразрывность только теперь начинает перед нами точно выясняться.

В действительности, ни один живой организм в свободном со­стоянии на Земле не находится. Все эти организмы неразрывно и непрерывно связаны - прежде всего питанием и дыханием - с ок­ружающей их материально-энергетической средой. Вне ее в при­родных условиях они существовать не могут...

...Человечество, как живое вещество, неразрывно связано с ма­териально-энергетическими процессами определенной геологиче­ской оболочки Земли - с ее биосферой. Оно не может физически быть от нее независимым ни на одну минуту...

В нашем столетии биосфера получает совершенно новое пони­мание. Она выявляется как планетное явление космического ха­рактера.

В биогеохимии нам приходится считаться с тем, что жизнь (живые организмы) реально существует не только на одной нашей планете, не только в земной биосфере. Это установлено сейчас, мне кажется, без сомнений пока для всех так называемых «земных планет», т. е. для Венеры, Земли и Марса...

В архивах науки, в том числе и нашей, мысль о жизни как о космическом явлении существовала уже давно. Столетия назад, в конце XVII в. голландский ученый Христиан Гюйгенс (1629-1695) в своей предсмертной работе, в книге «Космотеорос», вышедшей в свет уже после его смерти, научно выдвинул эту проблему...

Гюйгенс... установил научное обобщение, что «жизнь есть кос­мическое явление, в чем-то резко отличное от косной материи». Это обобщение я назвал недавно «принципом Гюйгенса».

Живое вещество по весу составляет ничтожную часть планеты...

Оно сосредоточено в тонкой, более или менее сплошной плен­ке на поверхности суши в тропосфере - в лесах и в полях - и про­никает весь океан. Количество его исчисляется долями, не превы­шающими десятых долей процента биосферы по весу, порядка, близкого к 0,25%. На суше оно идет не в сплошных скоплениях на глубину в среднем, вероятно, меньше 3 км. Вне биосферы его нет.

В ходе геологического времени оно закономерно изменяется морфологически. История живого вещества в ходе времени выра­жается в медленном изменении форм жизни, форм живых орга­низмов, генетически между собой непрерывно связанных, от од­ного поколения к другому без перерыва.

Веками эта мысль поднималась в научных исканиях; в 1859 г. она, наконец, получила прочное обоснование в великих достиже­ниях Ч.Дарвина (1809-1882) и А.Уоллеса (1822-1913). Она выли­лась в учение об эволюции видов - растений и животных, в том числе и человека.

Эволюционный процесс присущ только живому веществу. В кос­ном веществе нашей планеты нет его проявлений.

<...>

...Младшие современники Ч.Дарвина - Д.Д.Дана (1813-1895) и Д.Ле-Конт (1823-1901), два крупнейших североамериканских геолога (а Дана к тому же минералог и биолог), выявили еще до 1859 г. эмпирическое обобщение, которое показывает, что эволю­ция живого вещества идет в определенном направлении.

Это явление было названо Дана «цефализацией», а Ле-Контом «психозойской эрой».

<...>

...Эмпирические представления о направленности эволюцион­ного процесса - без попыток теоретически их обосновать - идут глубже, в XVIII в. Уже Бюффон (1707-1788) говорил о царстве человека, в котором он живет, основываясь на геологическом зна­чении человека.

<...>

Дана указал, что в ходе геологического времени, говоря совре­менным языком, т.е. на протяжении двух миллиардов лет, по край­ней мере, а наверное много больше, наблюдается (скачками) усо­вершенствование - рост - центральной нервной системы (мозга), начиная от ракообразных, на которых эмпирически и установил свой принцип Дана, и от моллюсков (головоногих) и кончая чело­веком. Это явление и названо им цефализацией. Раз достигнутый уровень мозга (центральной нервной системы) в достигнутой эво­люции не идет уже вспять, только вперед.

...Исходя из геологической роли человека, А.П.Павлов (1854-1929) в последние годы своей жизни говорил об антропогенной эре, нами теперь переживаемой...

Эта геологическая сила сложилась геологически длительно, для человека совершенно незаметно. С этим совпало изменение (материальное прежде всего) положения человека на нашей пла­нете.

В XX в., впервые в истории Земли, человек узнал и охватил всю биосферу, закончил географическую карту планеты Земля, рассе­лился по всей ее поверхности... И одновременно с этим, благодаря мощной технике и успехам научного мышления, благодаря радио и телевидению, человек может мгновенно говорить в любой точке нашей планеты с кем угодно. Перелеты и перевозки достигли ско­рости нескольких сотен километров в час, и на этом они еще не остановились.

Все это результат цефализации Дана (1856), роста человеческо­го мозга и направляемого им его труда...

В геологической истории биосферы перед человеком открыва­ется огромное будущее, если он поймет это и не будет употреб­лять свой разум и свой труд на самоистребление.

<...>

Исторический процесс на наших глазах коренным образом ме­няется. Впервые в истории человечества интересы народных масс -всех и каждого - и свободной мысли личности определяют жизнь человечества, являются мерилом его представлений о справедли­вости. Человечество, взятое в целом, становится мощной геологи­ческой силой. И перед ним, перед его мыслью и трудом, становит­ся вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого.

Это новое состояние биосферы, к которому мы, не замечая этого, приближаемся, и есть «ноосфера»...

...Французский математик и философ-бергсонианец Е. Ле-Руа в своих лекциях в Коллеж де Франс в Париже ввел в 1927 г. понятие «ноосферы» как современной стадии, геологически переживаемой биосферой. Он подчеркивал при этом, что он пришел к такому представлению вместе со своим другом, крупнейшим геологом и палеонтологом Тельяром де-Шарденом...

...Ноосфера есть новое геологическое явление на нашей плане­те. В ней впервые человек становится крупнейшей геологической силой. Он может и должен перестраивать своим трудом и мыслью область своей жизни, перестраивать коренным образом по срав­нению с тем, что было раньше. Перед ним открываются все более и более широкие творческие возможности. И, может быть, поко­ление моей внучки уже приблизится к их расцвету.

<...>

Лик планеты - биосфера - химически резко меняется челове­ком сознательно и главным образом бессознательно. Меняется человеком физически и химически воздушная оболочка суши, все ее природные воды...

Сверх того человеком создаются новые виды и расы животных и растений...

В будущем нам рисуются как возможные сказочные мечтания: человек стремится выйти за пределы своей планеты в космическое пространство. И, вероятно, выйдет...

...Ноосфера - последнее из многих состояний эволюции биосфе­ры в геологической истории - состояние наших дней. Ход этого процесса только начинает нам выясняться из изучения ее геологи­ческого прошлого в некоторых своих аспектах. <...>

Сейчас мы переживаем новое геологическое эволюционное из­менение биосферы. Мы входим в ноосферу.

Мы вступаем в нее - в новый стихийный геологический про­цесс - в грозное время, в эпоху разрушительной мировой войны.

Но важен для нас факт, что идеалы нашей демократии идут в унисон со стихийным геологическим процессом, с законами при­роды, отвечают ноосфере.

Можно смотреть поэтому на наше будущее уверенно. Оно в наших руках. Мы его не выпустим.

Вернадский В.И. Несколько слов о ноосфере // Научная мысль как планетарное явление. –М., 1991. -С. 235-244.

П. ТЕЙЯР ДЕ ШАРДЕН. ФЕНОМЕН ЧЕЛОВЕКА

Мысль. Возникновение мысли

С чисто позитивистской точки зрения человек - самый таинст­венный и сбивающий с толку исследователей объект науки. И сле­дует признать, что в своих изображениях универсума наука дейст­вительно еще не нашла ему места. Физике удалось временно очер­тить мир атома. Биология сумела навести некоторый порядок в конструкциях жизни. Опираясь на физику и биологию, антрополо­гия в свою очередь кое-как объясняет структуру человеческого тела и некоторые механизмы его физиологии. Но полученный при объе­динении всех этих черт портрет явно не соответствует действитель­ности. Человек в том виде, каким его удается воспроизвести сего­дняшней науке, - животное, подобное другим. По своей анатомии он так мало отличается от человекообразных обезьян, что совре­менные классификации зоологии, возвращаясь к позициям Линнея, помещают его вместе с ними, в одно и то же семейство гоминоидных. Но если судить по биологическим результатам его появления, то не представляет ли он собой как раз нечто совершенно иное?