Мир Знаний

Гражданско-правовая ответственность 4 (стр. 6 из 16)

Российской Федерации вправе принимать постановления, содержащие нормы гражданского права; в случае противоречия указа Президента Российской Федерации или постановления Правительства Российской Федерации настоящему Кодексу или иному закону применяется настоящий Кодекс или соответствующий закон.

Правительство Российской Федерации, действуя на основании и во

исполнение пункта 4 статьи 426 Гражданского кодекса Российской

Федерации, пункта 2 статьи 1 Закона Российской Федерации "О защите

прав потребителей", издало Правила, определяющие порядок продажи

товаров по образцам и оказания в связи с такой продажей услуг,

обязательные для сторон при заключении и исполнении публичного

договора данного вида.

В абзаце первом пункта 25 Правил сформулировано императивное

требование об обязанности продавца передать товар покупателю в порядке

и в сроки, установленные в договоре.

В абзаце втором того же пункта, оспариваемом заявителем,

воспроизведено данное требование. В отношении товара, доставляемого

транспортом в пределах населенного пункта, где он продан, указано, что

доставка должна быть осуществлена в сроки, определяемые соглашением

сторон. Последующее предписание "но не позднее 3 календарных дней с

момента оформления и оплаты покупки" не позволяет продавцу доставлять

товар в пределах одного и того же населенного пункта в более

длительные сроки, однако не исключает действия условий договора о

сроках доставки и не отменяет обязанности продавца доставить товар в

сроки, определенные соглашением сторон, как и его ответственности за

их нарушение.

Норма о предельном 3-дневном сроке доставки товара транспортом в

пределах населенного пункта, где он продан, не нарушает закрепленный в

статье 421 ГК РФ принцип свободы договора, поскольку в силу пункта 1 статьи 422 этого же Кодекса договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения.

Правило о предельном сроке доставки товара установлено

нормативным правовым актом Правительства Российской Федерации,

изданным в пределах его компетенции, и его несоблюдение влечет

ничтожность условий договора лишь в части превышения предельных сроков

доставки товара (пункт 5 статьи 426 названного Кодекса).

Утверждение заявителя о противоречии оспоренной им нормы статьям

457, 486, 499 ГК РФ ошибочно и не соответствует содержанию пункта 25 Правил, который не регулирует вопрос о сроках доставки товара иначе, чем определены сроки и условия исполнения обязанности по передаче, доставке и оплате товара в перечисленных статьях Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 483 ГК РФ покупатель обязан известить продавца о нарушении условий договора купли-продажи о количестве, об ассортименте, о качестве, комплектности, таре и (или) об упаковке товара в срок, предусмотренный законом, иными правовыми актами или договором, а если такой срок не установлен, в разумный срок после того, как нарушение соответствующего условия должно быть обнаружено исходя из характера и назначения товара.

В данном случае обязанность покупателя известить продавца о

нарушении указанных условий договора в срок не позднее 20 дней

предусмотрена нормативным правовым актом Правительства Российской

Федерации (абзац первый пункта 32 Правил). Срок, установленный на

основании приведенной отсылочной нормы Кодекса, не противоречит

требованиям статей 456, 466, 468 и 481 этого Кодекса, на которые

заявитель безмотивно ссылается в обоснование своих требований. В этих

статьях определены последствия нарушения соответствующих условий

договора, но не сроки извещения продавца о ненадлежащем исполнении

договора. Напротив, в пункте 2 статьи 466 Кодекса содержится прямая

отсылка к порядку извещения, предусмотренному пунктом 1 статьи 483

Кодекса.

Пункт 1 статьи 20 Закона Российской Федерации "О защите прав

потребителей", на который ссылался в судебном заседании представитель

Правительства Российской Федерации, определяет письменную форму

соглашения сторон о сроке устранения недостатков товара, но не форму

требований потребителя, послуживших поводом для заключения такого

соглашения.

Оспариваемая норма пункта 35 Правил возлагает на покупателя

(потребителя) обязанность, не предусмотренную федеральным законом,

лишает его во всех без исключения случаях возможности ссылаться на

свидетельские показания в подтверждение факта предъявления им

требований, обусловленных ненадлежащим выполнением продавцом своих

обязательств, что не соответствует вышеприведенным статьям

Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона Российской

Федерации "О защите прав потребителей", ухудшает правовое положение

покупателя (потребителя) по сравнению с установленными этими

законодательными актами правилами. При таком положении заявление И. о

признании недействующим пункта 35 Правил в оспариваемой части подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194 - 199, 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации.

Судом было вынесено решение:

заявление И. удовлетворить частично. Признать недействующим и не

подлежащим применению абзац первый пункта 35 Правил продажи товаров по образцам, утвержденных Постановлением Правительства Российской

Федерации от 21 июля 1997 года N 918 (в редакции Постановления от 7

декабря 2000 года N 929), в части, устанавливающей письменную форму

передаваемых продавцу требований покупателя, связанных с расторжением

договора, устранением нарушений его условий, недостатками товара,

возмещением убытков. В остальной части в удовлетворении заявления отказать.[19]

На основании изложенного можно сделать вывод о том что, наступление гражданско – правовой ответственности возможно только при наличии состава правонарушения, однако, по общему правилу, необходимым условием для всех видов гражданско – правовой ответственности является наличие противоправного поведения должника и его вина. Для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков необходимо наличие их самих, а так же причинная связь между противоправным поведением должника и наступившими убытками. Таким образом, состав гражданского правонарушения, служащего основанием для возмещения убытков, является наиболее полным и охватывает элементы состава иных гражданских правонарушений, лежащих в основе других видов гражданско –правовой ответственности.

1.3. Особенности наступления гражданско-правовой ответственности по внедоговорным обязательствам

В зависимости от основания возникновения все обязательства делятся на два вида: договорные и внедоговорные.

Договорные обязательства возникают на основе заключенного договора, а внедоговорные обязательства предполагают в качестве своего основания другие юридические факты и поэтому занимают особое место в системе обязательственного права.

Принцип деления обязательств на договорные и внедоговорные сохранился во всех правовых системах, как рецептировавших римское право, так и развившихся самостоятельно.

Значение такой классификации обусловлено различием правовой регламентации таких обязательств вследствие того, что содержание договорных обязательств определяется не только законом, но и соглашением сторон, участвующих в обязательстве, а содержание внедоговорных обязательств зависит только от закона или законной воли одной из сторон. К числу внедоговорных обязательств относятся деликтные обязательства (от латинского deliktum - правонарушение), обязательства из неосновательного обогащения, обязательства вследствие понесения ущерба при спасении чужого имущества.

Сам факт причинения вреда (деликт) при наличии других предусмотренных законом условий является основанием возникновения обязательства, в силу которого потерпевший вправе требовать от причинителя или лица. которое за него отвечает, возмещения понесенного ущерба.

Если договорные обязательства опосредуют и регулируют отношения участников гражданского оборота в процессе его нормального осуществления и развития (в силу чего они получили в литературе название регулятивные отношения), то деликтные обязательства - "это охранительные правоотношения, призванные обеспечить защиту имущественных прав и интересов", а также связанных с ними личных неимущественных прав "граждан и организаций от всяких посягательств на них, а в случае их нарушения и причинения вреда - восстановить имущественную сферу потерпевшего в том состоянии, в каком она находилась до правонарушения".[20]

Внедоговорные обязательства, возникающие из причинения вреда и из неосновательного обогащения, имеют своим основанием неправомерные действия либо отражают определенное объективное неправомерное состояние.[21] Но несмотря на неправомерность действий или ситуаций, приводящих к возникновению обязательств из причинения вреда и из неосновательного обогащения, сами эти обязательства служат правомерной цели - охране собственности, имущественных и связанных с ними личных неимущественных прав юридических и физических лиц. "По сути дела они представляют собой не что иное, как санкцию, применяемую к лицу, нарушившему охраняемые законом общественные отношения, и способ восстановления этих отношений, даже когда неправомерные действия никем
не совершались. Но это отнюдь не лишает обязательства данного рода самостоятельного значения". Когда, например, неправомерно уничтожается чье-либо имущество и в связи с этим возникает обязательство по возмещению причиненного вреда, его нельзя считать простым дополнением правоотношения собственности, поскольку вследствие уничтожения имущества право собственности прекращается. На его месте возникает новое правоотношение, в силу которого у бывшего собственника появляется право на возмещение причиненного ему вреда. Поэтому такие обязательства можно рассматривать как своеобразный результат преобразования других правоотношений, но они не являются дополнением последних и носят вполне самостоятельный характер.